Игра на одевание

– Тому самому, у которого заводы, пароходы и продюсерский центр, где два года назад старлетку убили? – Гуров консультировал следователя, который вел то дело.

– И патриотичное крымское вино, – подтвердил Орлов. – Мне его адвокат из конторы «Белов и партнеры» уже все уши вынес…

– «Беглов и партнеры» в деле? – оживился Крячко. Адвокат Белов «отмазал» стольких мерзавцев, что сотрудники МВД переиначили его фамилию.

– Куда ж мы без них? Господин Белов настаивает, что нужно как можно скорее разобраться со случайной жертвой во дворе элитного бутика – все забываю его птичье название – и по возможности не беспокоить Юлию Юрьевну.

Она в стрессе и не в ресурсе, чтобы с нами говорить. Эта ситуация выбила ее «из пространства осознанности»!

– Почему это жертва «случайная»? – ухмыльнулся Крячко.

– «Стресс», «ресурс» – кто так говорит вообще? – поддержал Гуров. – Откуда там ее выбило?

– Вот и выясните. Только осторожно. Может, у Юлии Юрьевны – Белов зря не нарисуется – стресс неспроста.

Машина Гурова въехала в переулок, где, как кукольные домики на полке детского шкафа, созданного каким-нибудь волшебником-крестным Дроссельмейером, ютились отреставрированные купеческие особняки.

Опергруппа ждала начальство у высокой двери в стиле ар-деко, которая скрывала от прохожих узкий проход между свадебным и цветочным бутиками во внутренний дворик, где днем «Вдова Клико» унимала мешающий щедрому шопингу предсвадебный мандраж, а по вечерам отдыхала и сплетничала свита самых богатых невест Москвы.

Оперуполномоченный Армине Ароян остановилась на мгновение, чтобы сделать кадр со стилизованными под старину табличками на мятном и кремовом домах – «Подвишневый переулок, дом 5» и «Подвишневый переулок, дом 7». Гуров доверял этой экзотически красивой молодой брюнетке, редко поднимавшей глаза из-под длинных ресниц, фотографирование мест происшествий за хладнокровный, цепкий взгляд и редчайший дар визуального рассказчика. Армине умела кадр за кадром, от панорамы до деталей, воссоздать историю преступления: нетронутый замок, наведенный порядок, странгуляционная борозда на шее убитого старика, небольшой гвоздь в стене, пустой подрамник на балконе, отпечаток пальца на нераспечатанной коробке свежайшего зефира, спрятанной в сервант растроганным хозяином квартиры.

Вот и сейчас Гуров шел следом, полагаясь на чутье и сдержанность Армине, однако услышал тихий возглас девушки, буквально застывшей на краю заднего дворика с фонтаном и садом.