Игра на одевание

Хеллоуинские костюмы, плотный грим, мистический интерьер кофейни – все крутилось перед глазами, и, когда она опустила голову вниз, чтобы никого не видеть, вместо деревянного пола кофейни под ее ногами в тонких сапогах расползлись, как змеи, сломанные ветки, причудливо запетляли следы бродячих собак, птиц, распластался израненный проталинами, липкий мартовский снег.

Звуки кофейни в голове Миль стихли. Девушка в гриме зомби и короткой советской форме стала маленькой. С выгоревшими русыми волосами, заплетенными в косички, и ядовито-зелеными бантиками на плечах.

Откуда-то через тридцать лет донеслось:

– Еще раз сыграем этот этюд – и пойдешь домой. Тебя ведь встречают?

– Нет. Мама болеет и не пришла.

– На самом деле она просто грызет дома семечки, курит и читает детектив, – машинально поправила Миль, будто слушала ответ студентки на занятии. Потом отступила в угол, запуталась в развешанной там искусственной паутине и уронила два пластмассовых скелета у стены.

– Может, вы с этим Остряком знакомы? – выкрикнул парень в костюме Вульфи.

– С детства, – сально добавил мужчина в костюме Пеннивайза, сидевший за Гришей.

Миль с затравленным видом осела у стены.

– Рот закрой! – повернулся к нему Долгов.

– Научи меня! – Клоун поднялся со стула и оказался огромным, плечистым детиной, вместе с которым поднялись спутники в костюмах Арлекина и Пьеро.

– Мы поддерживаем Корсарову, – мрачно проговорил Пьеро.

– И тебя научим, – подступил к Грише Арлекин.

Сквозь пелену Анна Миль видела, как Гришу стащили со стула. Как Костя бросился к нему на помощь, но его отшвырнули. Как совсем бледного Сеню толкнули и он упал, не в силах подняться. Как Вику, обозвавшую Пеннивайза, схватили за руку так, что она закричала.

Оказавшийся рядом и схвативший парня так, что он отпустил девушку, Гуров уже хотел звонить Юдину, чтобы тот появился в кофейне вместе с вооруженной группой.

Анна Игоревна вновь стояла на месте спикера. Тонкая, прямая, полная какой-то предсмертной решимости, она обращалась ко всем сразу, будто бросая вызов кому-то невидимому в толпе.

– Шифр Зодиака ничего не скажет про Остряка. Но я знаю, кто он такой.

Спорящие замерли. Гриша обнял Вику.

– Я знаю, что он за человек и чего хочет.