Но ты живешь в замке бок о бок с этими людьми и все время ощущаешь их все увеличивающиеся страх и ненависть по отношению к тебе.
— По-твоему, лучше презрение?
— По-моему, не все такие умные, чтобы оценить тебя по достоинству с первого взгляда. А второго шанса ты не даешь. К тому же я стараюсь придерживаться принципа, что не стоит делать другому что-то, чего не хочешь, чтобы сделали тебе. Тот стражник на первый раз мог бы обойтись и внушением, потом, если вдруг вновь попадется, денежным наказанием, а в третий раз, в качестве высшей меры, уволить, но не переходить границы его личности.
— Мое наказание эффективнее. Никто не уволен, стражник получит урок на всю жизнь.
Вздохнула, поняв, что сейчас ничего не докажу Шайну. Такое впечатление, что мальчик на весь мир озлоблен. Может, со временем, если будем общаться, и удастся хоть немного переубедить этого взрослого ребенка.
— Знаешь, а ты мне нравишься какой есть. Уверена, пообщавшись с тобой подольше, и другие бы тебя оценили по достоинству. Ты умный, много знаешь, с тобой очень интересно поговорить, ты милый, если, конечно, не изображаешь темного властелина.
А еще красивый: твои глаза, как по мне, — твоя изюминка. Как сказал один мой знакомый — это то, что тебя выделяет.
— Я знаю, что ты испытываешь ко мне симпатию, — нейтрально отметил ребенок, тоже, видимо, решив больше не спорить. — Я чувствую направленные в мою сторону эмоции. Способен ими питаться. Ужас острый и наиболее вкусный. Страх тоже имеет довольно интересный сладкий привкус. Твою симпатию я ощущаю как что-то свежее, тоже вкусное, почти холодное, словно мятное мороженое ем.
Вот почему ты не боишься моих слов? Тебе еще и смешно.
— Я просто подумала, как это круто, ощущать эмоции как еду. Тогда не нужно было бы сидеть на разных диетах. Вкус есть, калорий нет — мечта. Так что от такой способности я бы тоже не отказалась и периодически выводила бы окружающих на эмоции. Только на твоем месте я бы все же пробовала расширить рацион, пробуя получить от других самые разнообразные вкусовые эмоции.
Мне кажется, одно и то же быстро приедается.
— Страх никогда не приестся. Но над расширением спектра я подумаю, — произнес Шайн и вдруг взял меня за руку, сделав вид, что так и надо. Руку не отняла, и дальше мы так к речке и пошли. Возможно, мальчик захотел ощутить на вкус, что такое настоящая дружба."
"Вечером мы с Шайноном, как обычно, увлеклись игрой в местный аналог шахмат, называемый здесь даштаг, что в переводе означает «противостояние».
