Сразу вспомнился долгий дневной инструктаж. Так, сейчас важно сохранять самообладание и не подавать вида, что он догадался, кто эти люди. Это убийцы, посланные вервольфами. И милицейская форма специально надета, чтобы дачная охрана пропустила без лишних вопросов. Они хотят прикончить их внутри дома, чтобы соседи не заметили. Вон их сколько у соседних домов пялится сюда, интересуются, зачем опять милиция прикатила? В случае чего сразу на вахту позвонят, чтобы ворота захлопнули и помповики заряжали. Вовец сделал решительный шаг вперед.
– Попрошу документы!
Гости восприняли это нахальное требование как само собой разумеющееся и спокойно полезли во внутренние карманы. Вовец весь напрягся. Но они достали удостоверения и отдали ему в руки. У Бульдога даже наглое выражение лица сменилось на уважительное. Он оказался начальником службы безопасности Уралинтербанка, а сержант вневедомственной охраны служил у него по договору с районным управлением.
– Дело в том, – пояснил Бульдог, он же Миловидов Ю.
А., – что господин Савватеев должен нашему банку по кредитным договорам более четырех миллионов долларов. Около миллиона должна покрыть как гарант фирма ""Энола"", но остальное висит на нем. Поэтому он и скрывается. Как выразилась его жена, поехал к Салкину на дачу и там застрял. Это так?
Ада Андреевна молчала, глядя в живот банковскому Бульдогу. Она плотно сжала губы и медленно покачала головой вверх-вниз, не то в задумчивости, не то в знак утвердительного ответа.
– Видите ли, – Вовец тяжело вздохнул, словно должен был сообщить нечто чрезвычайно неприятное, впрочем, так оно и было, – господин Савватеев отправился на рыбалку с господином Салкиным и ещё одним товарищем.
Еще неделю назад. С тех пор их никто не видел. – Он помолчал, ощущая недоверчивые и ожидающие взгляды. – Сегодня здесь было полно милиции и феесбешников, поскольку Салкин – главный инженер режимного предприятия. Его жена вам высказала свою версию. Можете выяснить в районном УВД и областной прокуратуре другие.
А можете соседей спросить. Сегодня неподалеку целое тайное кладбище нашли, но наших там не было.
Пауза затянулась. Все молчали. Салкина всхлипнула и убежала в дом, прижимая к глазам платочек. Визитерам оставалось только откланяться. Проводив взглядом отъезжающий автомобиль, Вовец запер дверь и отправился обратно на кухню. Вопреки его ожиданиям, Салкина не плакала, а спокойно заправляла кофеварку.
– Ада Андреевна, название какое-то знакомое – ""Энола"".
