Игра Подсказчика

Но матери трудно поверить в то, что в этой жуткой цепи нашлось место для угрызений совести и проявления заботы.

– Что может поведать такое пренебрежение к чужим чувствам, когда родителям не позволено поплакать на могиле собственной дочери? – и в самом деле оскорбилась женщина.

Тут Мила попыталась исправить положение:

– Агент Бериш просто хотел сказать, что, может быть, Леа была избрана убийцей по какой-то особой причине. Если мы выясним, что это за причина, то, возможно, выйдем на него.

Барбара Мьюлак пристально вгляделась в их лица.

Перспектива содействовать поимке монстра, который сломал ей жизнь и разрушил семью, пробудила в ней здоровую ярость.

– Чем я могу вам помочь?

– Компьютер вашей дочери все еще у вас? – спросил Бериш. – Мы бы хотели взглянуть на него.

– Да, он у меня. Я смогла собраться с силами, начать все заново. А мой бывший муж так и не смирился. Представьте себе: после развода принес мне вещи нашей дочери, сказал, что не хочет держать их у себя.

Может, потом он пожалеет, но пока эти вещи у меня…

Женщина поднялась с дивана и направилась в другой конец квартиры, оставив Милу с Беришем одних.

– Что ты об этом думаешь? – вполголоса спросил Бериш.

Мила покачала головой:

– Сама не знаю, надеюсь только, что ты прав…

Через несколько минут Барбара Мьюлак вернулась с ноутбуком, красный корпус которого был усеян маленькими золотыми дракончиками.

– Его никто не трогал с тех пор, как Леа пропала.

Мила узнала ноутбук: когда дело находилось в ее ведении, до того как его передали в ОНП, она исследовала содержимое компьютера, пытаясь найти какие-то зацепки, которые могли бы объяснить исчезновение девушки.

– Вы правда думаете, что все еще можно найти убийцу? Ваши коллеги из полиции говорят, что прошло слишком много времени и что, убив двух других бедняжек, монстр попросту пропал…

Часто родители, чьи дети явились жертвами насильственных преступлений, всю силу чувств обращают на монстра.

Их сердца переполняет ненависть, вытесняя любовь. Мила не хотела внушать Барбаре ложные надежды.

– Мы всего лишь идем по следу, – поспешила она прояснить ситуацию. – Возможно, он к чему-то приведет, возможно – нет… Так или иначе, Леа не будет забыта. Я не забуду о ней. – И это было правдой.

– Мы впали в такое отчаяние, что три года назад заказали плиту на кладбище… Понятно, что под плитой никого нет, но люди, проходя мимо, прочтут имя.