Онлайн-библиотека книг
Шесть, семь, восемь…»
Досчитав до пятнадцати, Вика поняла, что ждать бессмысленно – ее никто так и не окликнул. Потому что никто и не собирался ее останавливать, возвращать.
Завернув за первый же дом, она прислонилась спиной к стене и заплакала, вдруг почувствовав себя маленькой девочкой, от которой в один день отказались все – родители, тетка и любимый человек, пусть некоторые сделали это не по своей воле, а в силу сложившихся обстоятельств.
– Тетя, вам помочь? – раздался рядом детский голос, и Вика, открыв глаза, увидела девочку лет десяти с маленькой собачкой на поводке.
– Нет, моя хорошая, спасибо, все в порядке.
– Но вы же плачете.
– Уже все, не плачу. Ты беги, а то темно.
– Я ж не одна, я с Мотей, – заявила девочка, и собачка, словно подтверждая, что на нее можно положиться, задорно гавкнула.
Вика почему-то вдруг испытала такое облегчение от этого наивного детского участия и от смелости крошечной собачки, что невольно улыбнулась и повторила:
– Спасибо тебе, ты мне на самом деле очень помогла.
Девочка пожала плечами, чуть дернула поводок и вместе с Мотей направилась к ближайшему подъезду. Вика проводила их взглядом и вернулась на остановку, рассудив, что Максим вряд ли стоит и ждет ее там.
Проведя следующий день в больнице и узнав, что Светлане Александровне стало чуть лучше, Вика немного успокоилась. Она понимала, что совершенно напрасно бесцельно сидит в холле у справочного, потому что в реанимацию все равно не пустят, но ей казалось, что так тетка чувствует, что Вика рядом.
"Когда умер дядя, они с теткой поддерживали друг друга, и им было вроде бы легче, но теперь…
Теперь, в случае чего, Вика останется абсолютно одна.
– Идите уже домой, закрываем, – недовольно буркнула мывшая полы санитарка, и Вика поняла, что давно вечер, семь часов, завтра на дежурство.
Был соблазн позвонить на подстанцию и подмениться или вовсе отдать смену, но Вика все-таки решила выйти.
