Снова поднял глаза на Занозина.
— А кто снимал?
— Квартиру дадите — скажу, — шутливо произнес стажер.
— Дам, — кивнул Виктор. — Потом догоню и еще одну дам, чтобы мало не показалось…
— Это все телевидение снимало. Программа «Ситуация». У них прямая связь с пожарными, они часто в паре ездят. А тогда у оператора и фотоаппарат был с собой.
— А ты как узнал?
— Решил с пожарными поговорить, они и вспомнили.
— Молодец, — Виктор улыбнулся. — Так ты действительно квартиру получишь, если не испортишься! Только что с этой фотографией делать?
— А вы на руки полковника посмотрите.
Виктор подошел со снимком к окну. Обгоревший труп лежал на полу, свернувшись калачиком. Правая рука была заведена назад, а левая протянута вперед. Обгоревшие пальцы все были на одну фалангу короче — тонкое прогорает первым. Виктор внимательно рассматривал обгоревшие пальцы и заметил, что большой палец правой руки вообще отсутствует. По идее, от него должна была остаться нижняя фаланга, ведь он потолще других пальцев. Да и на левой руке большой палец был виден почти полностью.
Обуглившийся, но нормального размера.
— А ты видел то, что они отсняли? — спросил Виктор.
— Нет, у них не сохранилось. Только этот снимок.
— Ну ладно, и на этом спасибо.
Занозин ушел. Виктор посмотрел на часы — без пяти четыре. Через два часа привезут загранпаспорт. Есть время подумать о пальцах.
* * *За окном вечерело, а Сахно все еще где-то катался на черном похоронном лимузине. Ник даже удивился, что на двадцать одолженных у него марок можно так долго гулять.
Но раз Сахно все еще не было, значит, он продолжал наслаждаться жизнью. Пусть даже и под моросящим дождем. Может, нашел себе компанию.
Ник вспомнил о последнем звонке и о таблетках. Достал свою джинсовую куртку, нащупал в левом нагрудном кармане таблетки, но доставать их не стал.
Просто проверил, что они есть, и тут же о них забыл. Его мысли вернулись к Сахно.
Думая о Сергее, Ник непроизвольно усмехнулся. Взглядом отыскал черепаху, замершую перед блюдцем, в котором ничего не было.
Набрал в блюдце воды из крана и опустил его на место. Вернулся к окну.
Фонари уже горели. Освещали неживую тишину этого городка. Санитарную, больничную тишину.
Телефонный звонок, прозвучавший в этой тишине, нисколько не удивил и не испугал Ника. Он спокойно снял трубку.
— Николае Ценн? — прозвучал уже знакомый голос незнакомого человека.
— Да.
— Что ж вы нас обманываете? — В каком смысле? — спросил Ник. — Наследили вы… — собеседник вздохнул.
