«Хорошая женушка», — подумал он.
Рядом остановилась стюардесса с баром на колесах.
— Что желаете выпить?
— Красного вина, — попросил Виктор. Она протянула ему маленькую пластиковую бутылочку и прозрачный одноразовый стаканчик.
— Извините, а вы когда из Киева вылетели? — спросил Виктор.
— Сегодня утром.
— У вас свежих газет нет?
— Сегодняшних нет, есть вчерашние «Ведомости».
— Принесите, пожалуйста.
Пролистав принесенную стюардессой газету, он ничего интересного в ней не нашел, и пока другая стюардесса раздавала пассажирам передних рядов подносы с «одноразовым обедом», смотрел в иллюминатор на землю, то ли голландскую, то ли немецкую.
После обеда настроение немного улучшилось. Вспомнились Войчек и Рефат и, конечно, полученные от Войчека фотографии. Господь с ним, с Броницким-младшим, думал Виктор. В Киеве все выяснится. Уже часа через три ему Георгий все по телефону расскажет. А сам он еще подумает — рассказывать ли Георгию обо всем, что стало ему известно. Ощущение, пускай и временное, собственной значимости, которое подарили ему лежавшие во внутреннем кармане пиджака фотографии, заставило улыбнуться снисходительно, думая о «мобильном» Георгии, которому всегда было известно намного больше, чем Виктору.
Всегда, но, кажется, не теперь.
* * *Утром Сергей посмотрел затуманенным взглядом в окно и, увидев солнечный свет, обрадовался. Но улыбка на его помятом, бледном лице выглядела довольно болезненной. Ничего не говоря Нику, он оделся, подхватил черепаху и вышел во двор. Ник и сам подошел к окну на своей половине.
Проследил, как Сахно вышел из парадного и присел на скамеечке, опустив Нину себе под ноги.
«Опять убежит», — с иронией подумал Ник и отошел к плите.
Осеннее солнце, казалось, дарило последнее тепло, пробиравшееся даже внутрь этой маленькой квартиры. Ник распахнул окно настежь. Вспомнил, что еще не умывался.
Сварил себе кофе и снова подошел к окну. Сергей все еще сидел на скамейке, опустив голову вниз, видимо глядя на свою черепаху, гревшуюся на солнышке у его ног.
Прошло еще полчаса. Ник успел побриться и позавтракать после первого утреннего кофе. День обещал быть спокойным и солнечным, но внезапно вернувшийся с улицы напарник нарушил настрой Ника на спокойствие.
Сергей опустил черепаху на пол, подлил ей в блюдце молока, потом повернулся к Нику.
— Слышишь, одолжи пару сотен! — попросил он, но голос его звучал не в пример вчерашнему твердо.
— А ты что, отдашь? — усмехнулся Ник.
— Отдам, — пообещал Сергей.
