Вика вернулась вместе с невысоким плотным мужчиной лет пятидесяти.
Недоглаженный черный костюм сидел на нем как-то неуклюже, верхняя пуговица белой рубашки была расстегнута, а узел темно-зеленого галстука ослаблен, словно этот человек страдал от астмы и ему постоянно не хватало воздуха.
— Никто у нас ничего не знает об этом Броницком, — сказала Вика. — Расскажите, пожалуйста, еще раз нашему сотруднику о том, что вам сказали в колледже. — Плачинта Александр Иосифович, торговый атташе, — представился мужчина.
* * *Виктор рассказал ему все, тот покивал и вышел.
Вернулся через десять минут, за это время Виктор успел выпить чаю, предложенного Викой.
— Виктор Николаевич, — официальным тоном заговорил торговый атташе. — У нас к вам большая просьба: не распространять эту выдуманную версию про участие нашего посольства в отъезде Броницкого. То, что вам кто-то сказал в Кембридже, просто нереально. У нас всего две машины, и они постоянно заняты. Кроме того, в случаях, если гражданин Украины зарегистрирован в посольстве и действительно его срочно разыскивают дома, мы только звоним ему или посылаем письмо.
Сажать его на самолет и отправлять в Киев в наши обязанности не входит.
— Но кто тогда мог его забирать из колледжа и отвозить в аэропорт? — спросил Виктор.
— Есть масса служб эскорта, которым могут заплатить из любой точки земного шара, и они вышлют машину с сопровождающим и сделают все, о чем их попросят…
Торговый атташе вспотел и еще больше ослабил узел галстука. Виктор обратил внимание, что в кабинете особенно жарко не было.
Видно, мужчине было действительно нехорошо."
"— Извините, — поднялся атташе. — Очень много работы, надо идти… У нас даже сотрудников свободных нет, чтобы посылать их за кем-то в другой город!.. — сказал он на прощанье, добавив для убедительности сожалеющий взмах рукой.
— Вот видите, — произнесла Вика, когда дверь за торговым атташе закрылась.
— А почему вы меня не попросили поехать с вами? Я бы вам охотно помогла, могли бы прямо из Кембриджа с посольством связаться и все узнать…
— У вас же много работы, — совершенно искренне, сказал Виктор.
— Даже больные работают, — кивнул он в сторону двери.
— Это мой муж.
Глаза Виктора удивленно округлились.
— Да, он больной, но если он начнет лечиться — нас отправят домой в Киев, и мы никогда уже не попадем за границу… Ему сразу инвалидность влепят, а я стану женой инвалида…
Виктор понимающе кивнул, хотя на самом деле только в самолете до него полностью дошел смысл ее слов.
