Но, видно. именно он настраивал систему наблюдения — «эсэнку», — и он нажал на кнопки, перед тем, как обогнать Виктора и вынырнуть через приоткрытую дверь из контейнера.
Первый охранник быстро навесил на контейнер, из которого они только что вышли, большой шифровой замок. Запломбировал двери. И они быстро покинули склад. Куда делся третий невысокий «камуфляжник», Виктор даже понять не успел В дежурной будке с внутренней стороны ворот дремал coлдат, опустив голову на письменный стол. Охранник перешел через дорогу и зашагал куда-то по тропинке.
Там, за соснами, светились маленькие окошки частных домов.
Виктор вернулся к машине. Хотелось поесть и выпить кофе Но ехать домой ради этого не имело смысла. Сначала надо доложить обо всем Георгию."
"Занозин и Максимов изучили картинку на мониторе черно-белый контейнер со срезанным замком, опечатанный полосками бумаги и загражденный натянутой полосатой ленточкой «место преступления». Никакого движения в мониторе заметно не было.
— Слушай, я раскладушку постелю, — сказал Максимов.
— Ты пока поработай, а я потом сменю тебя.
Миша кивнул, откинувшись на спинку стула и не отрывая взгляда от неподвижной картинки монитора.
* * *С утра на Париж сыпался снег. Падал на застрявшие на рю де Клэри машины, неистово и безрезультатно сигналившие. Загрузка товара из оптовых магазинчиков готовой одежды в грузовые микроавтобусы и грузовички шла неспешно.
Ник проснулся под это бибиканье машин. Умылся в коридоре — на этаж был только один туалет, один умывальник и малюсенький душ.
Но и комнат-то было всего четыре на этом этаже гостиницы.
На завтрак та же толстуха подала горячий круасан, только что вытащенный из стоявшей в тесной столовой микроволновки. Поставила на шаткий стол перед Ником пустую чашку с блюдцем и небольшой металлический кофейник.
Ник жевал круасан, запивал его кофе и поглядывал в маленькое оконце, выходившее на улицу. За ним падал снег, но больше ничего видно не было. Видимо, эта комната никогда не должна была быть гостиничной столовой.
Рядом завтракала помятого вида худощавая француженка в джинсах и мешковатом синем свитере. Поймав на себе взгляд Ника, она улыбнулась и поправила прядь рыжеватых волос, падавшую на лоб. Посмотрела на него вопросительно, но он уже отвернулся, задумался о наступавшем дне.
На улице, когда он вышел из гостиницы, все еще сигналили машины. Снег уже не шел, но и на асфальте его не было — уже растаял.
С картой Парижа в кармане куртки Ник пошел в сторону Елисейских полей.
