Игра в жмурики

Там расположены столовая, библиотека, гостиная, две спальни для гостей, кухня...

- Я не буду показывать вам половину Жаклин, она приедет и сама проведет вас по комнатам. Вот это мой кабинет, - гордо проговорила старушка.

В большой комнате с тремя окнами царил тот же псевдорусский стиль: ситец, рушники, иконы, в стеклянных шкафах большая коллекция гжели.

- Барыня, - раздался чей-то тонкий голос с сильным акцентом, - барыня, обед когда подавать?

Я повернулась и замерла от удивления. На пороге комнаты стояла высокая молодая девушка в красном сарафане.

- Подавайте, Настенька, прямо сейчас. Вы ведь, наверное, проголодались? - обратилась к нам старуха.

Настенька поклонилась, а когда она, уходя, повернулась к нам спиной, мы увидели длинную, толщиной в руку косу.

- Апофигей, - снова прошептала Маня, у меня же просто отнялся язык.

Галина Владимировна истолковала наше изумление по-своему.

- Да, - гордо сказала она, - я сумела сохранить в доме истинно русские традиции и привила Жаклин любовь к земле ее предков.

- Как это вам удалось? - искренне удивилась Маня.

- Шорох купюр приятен всем. Я пообещала солидное жалованье и небольшую ренту после моей смерти тем, кто согласится выучить азы русского, наденет национальную одежду и сделает соответствующую прическу. Причем меня совершенно не интересует, настоящая ли коса у Насти или нет.

Подготовленные этой тирадой, мы почти не удивились, увидев в столовой молодого человека в косоворотке, плисовых штанах и сапогах. Стол был уставлен салатами, мисками с квашеной капустой, солеными огурцами и моченой брусникой.

- Конечно, мы питаемся так не каждый день, - пояснила старуха, - но в честь вашего приезда я заказала истинно русский обед.

Мы сели за стол, хозяйка позвонила в звонок, и Настенька внесла супницу.

- Ну а теперь, - сказала Галина Владимировна, - по нашей русской традиции одна из женщин должна благословить трапезу. - И она уставилась на меня.

От неожиданности я покраснела, затем встала и сказала:

- Благословляю стол, - потом, подумав секунду, добавила: - И суп.

Машка прыснула, я покраснела еще больше. В это время распахнулась дверь, и Жаклин произнесла громким голосом:

- Мама, хватит дурничать!

Затем она села к столу и заглянула в супницу.