Игра в жмурики

- А я, так и быть, расскажу вам правду, продолжала Лиза.

Я смотрела на нее во все глаза. Интеллигентная, скромная и тихая девушка исчезала. Вместо нее в комнате появился опасный зверек, что-то вроде хорька!

. - С Рене меня познакомил Жан случайно, в магазине. Рене мне сразу понравился, а я ему. Он перезвонил на следующий день и назначил встречу. Меня разбирало от смеха, когда я врала Сьюзен, что хожу в школу танцев. Мы правда занимались танцами, но только в постели. Возраст-то был самый подходящий четырнадцать и семнадцать.

..

- Дорогая, - попытался остановить ее Яцек, - не надо все рассказывать. Ты наговоришь лишнего, и это плохо кончится...

- Замолчи, слизняк, - отрезала Лиза, - хочу говорить - и говорю. Рене был настоящий мужчина, не то, что ты. У него осечек не случалось. И к тому же совершенно бесстрашный. Его старший брат сидел в тюрьме, а Рене был связан с группой террористов. Он мне намекал, что работал с самим Ильичом Карлосом. Ну а родителей своих я просто ненавидела - и Сьюзен, и Аллана, и Эдуарда, и эту беременную корову Мартину.

Пришлось мне сказать Рене, что я хочу участвовать в революционном деле, даже ходила с ним на собрания какие-то дурацкие...

А потом Рене дал мне ""крошку"". Это они так бомбу называли. Все было проще некуда. Накануне отлета я засунула ее в багаж Сьюзен. А знаете, куда я ее положила? - Лиза радостно рассмеялась. - В ящик с ее любимыми куклами. Она их просто обожала, звалао именам, шила им платья. Так что, надеюсь, эти проклятые игрушки разлетелись в пыль.

Вот только жаль, что Жан ускользнул, - по-моему, он что-то заподозрил. Поэтому, когда мы приехали в аэропорт, он украдкой съел кусочек мыла, и его, конечно, тут же стало выворачивать. Надо было мне рассказать про мыло Сьюзен, она бы его силой в самолет запихнула, да я не поняла сначала, зачем он это делает. И к тому же мне надо было успеть спрятаться до отлета. И тогда я залезла в ящик с тряпками в ангаре.

Уж они меня искали-искали, оборались все. Но я все рассчитала точно.

Если бы речь шла просто о полете в Лондон, Сьюзен вернулась бы домой, но ведь предстояла выставка ее любимых, ее обожаемых, ее потрясающих деток - куколок! Ради них можно наплевать и на меня, и на Жана. И потом эта корова Мартина сказала, что, как ей кажется, я поехала с Жаном в больницу. Тут-то они и улетели. И все бы хорошо, если бы не этот подлец Ренальдо.

- Он ведь узнал про Рене, не правда ли? - спросил комиссар.

- Ну да, узнал.