Я была не самой гибкой девушкой, и в этом положении мои бедра раздвинулись еще дальше, чем когда я лежала на спине. Мои руки на его рубашке сжались, когда я потеряла дар речи.
Я сделала неуверенное движение, и моя киска потерлась о твердую выпуклость в его брюках. Мы оба застонали.
— Сделай это, детка. Гонись за своим удовольствием.
— Я не знаю как. — И я была так чертовски возбуждена, что это причиняло боль.
— Ты когда-нибудь мастурбировала с подушкой раньше? Клала ее между ног и двигала вверх-вниз, вперед-назад, пока не становилось хорошо? — Я застенчиво кивнула, кусая губы.
Я имею в виду, кто не делал этого? В основном, так каждая девушка узнавала, как работает удовольствие.
Его руки обхватили мои бедра.
— Тут тоже самое. Используй меня, как подушку. Найди то местечко, которое идеально натирает твой маленький клитор, и не покидай его.
Мне было так жарко, что казалось, я могу воспламениться в любой момент. Расположив свое ядро поверх его растущей эрекции, я сделала именно так, как он сказал.
Я искала тот особый выступ на его выпирающем члене, который заставлял меня видеть звезды всякий раз, когда мой клитор задевал его. Это заняло несколько попыток, что, судя по его стонам и тому, как его руки все сильнее сжимали мои бедра, так же доставляло ему удовольствие, как и мне."
"Когда я наконец нашла его, в моем животе словно взорвалась ракета. Я издала громкий стон, не в силах сдержать его.
— Ох, черт, Леви! — Мои глаза расширились, а он ухмыльнулся и сел так, чтобы крепче прижать меня к себе.
— Я нашла его.
На вершине его члена была вена, которая идеально подходила к тому месту. Мои глаза закатились, когда я снова задела ее, на этот раз с большей силой. Я была пьяна от этих ощущений, никогда в жизни не чувствовала себя такой возбужденной. Леви мог бы трахнуть меня прямо там и тогда, если захотел, и я бы ему позволила. Потому что если нам было так хорошо в одежде, только представьте, что будет, если не будет никаких преград.
Только кожа к коже, его тепло против моего, непристойные влажные звуки нашего возбуждения, эхом разносящиеся по комнате.
— Блядь, детка, вот оно. Ты так прекрасна, когда гонишься за удовольствием. — Его губы перешли от моей шеи, где он оставлял лёгкие поцелуи, к моему рту.
Он целовал меня лениво, словно хотел насладиться мной. Его язык проникал в мой рот так, как я представляла, будто это его член проникает в меня.
