Игрок Фемиды

Либо он в дурмане. Либо кореша его. Ненавижу этот запах. Травы. Такой сладко-противный… Потом еще хуже воняло в доме… И еще страшнее стало. Вадик вообще был ненормальный. Он, когда вкидывался, делал страшные вещи. С дома прыгал голый, лицо себе в кровь раздирал. Один раз его глюкануло и он на меня с ножом накинулся. Гелька успела оттолкнуть… Потом кто-то из его дружков сдох на заднем дворе. Передознулся. Я не видела, Гелька не пустила. Вызвала ментов, и одновременно с ними пришел и Вадик с полными карманами наркоты.

Я затихла, чувствуя, как дрожит все внутри. Это только малая часть. Того что видела. Потому что Гелька из дома выгоняла, когда совсем все плохо было.

— Ебучая наркота… Господи… — я сжала гудящие виски пальцами, закрывая глаза и наклоняясь вперед к коленям.

Антон осторожно потянул меня за кисть. Я непонимающе вскинула голову и его губы накрыли мои. С мягкой настойчивостью, тенью силы и защищенности. Я сдержала желание прильнуть к нему, зарыться лицом в его плечо и ощутить его руки на своем теле.

Отстранилась. Вымученно усмехнулась и попросила отвезти меня и посапывающего Гармошку домой.

Антон, прикусив губу, посмотрел на меня долгим тяжелым взглядом, и завел мотор.

За окном проносился засыпающий город, я, чуть опустив стекло и запуская озорной прохладный ветерок в салон, старалась не думать о произошедшем. Завтра с утра к кинологу, к часу на репетицию и вечером в клуб. Между этим всем еще запихнуть маникюр и депиляцию, чтобы Рубик не вынес мозг.

Я попросила Антона заехать в круглосуточную ветклинику по дороге. Там по акции продавался хороший корм в мешке по двенадцать килограмм. Улыбчивый сотрудник клиники предложил мне донести пакет до машины, попутно щебеча что-то такое ненужное и флиртующее. Увидев нехорошо улыбнувшегося ему Антона, выходящего навстречу, мужик разом поник, и кинув на меня сожалеющий взгляд, отдал Антону мешок и торопливо вернулся в клинику.

Антон, приподняв бровь, посмотрел ему вслед и загрузил корм в багажник.

До дома доехали молча. Гармошка, обрадованно выбежав из салона, как воспитанный пес, сразу направился в куцие кустики, вершить свои темные делишки. Антон, посмотрев на мои руки и заключив, что двенадцать килограммов я самостоятельно не донесу (да, два года тягания своего тела на шесте, для него не аргумент), и дождавшись Гармошку зашел со мной в подъезд.