Ничего плохого она не сделала, чтобы наказывать ее молчаливым презрением. И так и надо ему сказать. Она и собиралась это сделать. Прямо сейчас.
Но как только они вернулись в офис, Игорь стремительно прошел к столу, вытащил из ящика какой-то пульт и направил его на дверь. А Даша так и осталась стоять посреди комнаты, собираясь с силами начать это разговор.
Сзади раздался металлический щечок, Даже аж вздрогнула от неожиданности и обернулась. Сработал автоматический замок, она оказалась заперта тут с ним. Черт.
Это было…
И тут он повернулся к ней и проговорил:
– Даша, настало время обговорить условия, на которых ты у маня работаешь.
Глава 6
Неожиданно резкий тон, а главное слова. Когда Даша уразумела их смысл, стало так тоскливо…
Бесплатный сыр. Вот он. Во всей красе.
Но она постаралась собраться.
– Я же кажется подписала все, – проговорила она, глядя в стену рядом с его головой.
– Вот об этом я и хотел бы поговорить.
Тот же тон, ей казалось, он режет ей уши. А обида против воли растекалась в душе.
Уж как она кляла себя. Сколько же можно оставаться ребенком, видеть хорошее там, где его нет. Верить. Дура, идиотка.
– Даша, посмотри на меня.
– Да, Игорь Валентинович.
Вот теперь она подняла на него глаза. Он секунду всматривался в нее своими острым взглядом, потом кивнул каким-то свои мыслям и начал, но уже спокойнее:
– Ты давала подписку о неразглашении. Как думаешь, для чего?
Странный вопрос, ответ на него очевиден.
– Я обязуюсь не разглашать служебную информацию, – и с кривоватой улыбкой проговорила: – Не волнуйтесь, от меня никто никогда ничего не узнает, даю вам честное слово.
У Надеина на лице возникло такое жалостно-скептическое выражение, что Даша невольно осеклась. Он обошел стол, присел на край, скрестив на груди руки, и уставился на нее.
– Даша, ты ведь не понимаешь. Я уверен в твоей честности, иначе мы бы с тобой сейчас не разговаривали. И не в честности твоей дело.
– А в чем? – переспросила она.
– В уязвимости.
Ведь он попал в точку. Словно каким-то образом видел, что творилось у нее в душе, и теперь докапывался. Жестко, безжалостно тащил на свет божий истину. А ей было стыдно! Злые слезы так и просились на глаза, пока он негромко озвучивал свою мысль.
– Не имеет значения, какие подписки ты даешь и что обещаешь. Это все равно остается тут, в этих стенах. А ты, Даша, выходишь наружу. И ты по сути беззащитна. Это грязный бизнес злых дядек, беспринципных и циничных.
