Игрушка для драконов

Моя цель была — до такой степени устать физически, чтобы не осталось сил думать и переживать. А когда боль от грядущей разлуки касалась моего сердца, я старалась убедить себя, что у нас с инквизитором ничего не могло бы сложиться.

Иногда, когда я находилась на лужайке или в саду недалеко от дома, я чувствовала на себе его взгляд. Пару раз даже подняла глаза к окнам второго этажа, но занавески оставались плотно сомкнутыми. И наваждение отступало.

Чтобы не бродить без дела, я болтала с Сарой и помогала ей управлять хозяйством.

Из бывшей няни получилась довольно толковая экономка, если судить по тем двум дням, которые прошли с тех пор, как она вступила в должность.

— Да и мне так спокойнее! — улыбалась женщина. — Некогда за романы взяться. Только перед сном и читаю.

— Нравится тебе подобная чушь! — фыркнула я и снова уткнулась в бухгалтерскую книгу, куда сама вызвалась заносить месячные траты.

— Главное — что они все хорошо заканчиваются. Любовь должна побеждать!

— Заставить бы этих авторов заглянуть в реальную жизнь, — усмехнулась я и с досады закусила губу.

Вот зачем опять думать о том, кого я больше не интересую?

— Уверена, что скоро вы измените свою точку зрения, — загадочно улыбнулась Сара и пододвинула счёты, чтобы вернуться к прерванным делам.

Я бы тоже хотела иметь любимое дело, которое помогло бы пережить любые душевные терзания. Однако сегодня мне оставалось только наблюдать за работой других.

Вещи мои давно были собраны, об остальном я не беспокоилась.

Мама сама привезёт всё, что нужно. Бродить же призраком по дому или сидеть за чтением было тошно. Особенно той, кто никак не могла смириьтся с собственным выбором.

Всё что я смогла придумать — велеть заложить коляску и поехать в город, в Собор Троединого, который так нахваливала Сара в нашу первую встречу. Сопровождать меня вызвалась Клара. Подобное соседство не доставляло удовольствия нам обеим, но отправиться одной было бы неосмотрительно.

Всю дорогу мы молчали, погружённые каждая в свои мысли.

Я плотнее куталась в шаль: ранняя осень уже давала о себе знать. Особенно здесь, на севере, где листья так рано начинали менять окрас, в то время как в столице пока ещё стояла удушливое лето.

Стоило заехать в тень, как ветерок, бывший до этого ласковым и игривым превращался в острый, холодный и пронизывающий. Он норовил забраться под одежду и отобрать последнее тепло, заставляя сокрушаться о грядущей суровой зиме.