Будь эта Эля хоть сто раз красавицей и умницей, она не сможет войти в нашу стаю и никогда не сможет принести вам потомство!
Голос отца слегка дрогнул на последних словах.
— Я подобрал вам чистокровных волчиц, которые станут вашими женами, — продолжил он, прочистив горло. — Они невинны, чисты и здоровы. Отличная партия!
Мама закивала головой, точно китайский болванчик.
Я не смог сдержать усмешки. Как же это было ожидаемо. За нас все решили, осталось только склонить голову и пойти к алтарю под ручку с незнакомыми волчицами.
Никого не волновали наши с Эмилем чувства, когда дело касалось репутации стаи.
— Максим, наш клан Борзовых — один из самых старинных среди волчьих кланов… — начала было мама, чтобы подкрепить слова отца, но я прервал ее взмахом ладони.
— Достаточно. Я понял, для чего вы меня позвали. И мне жаль, что сегодня я не оправдаю ваших ожиданий…
Я отставил приборы в сторону и встал из-за стола.
— Вы с братом можете сколько угодно упрямиться, сын, но рано или поздно вам придется сделать выбор: либо Эля, либо стая.
— Отец, если ты не понял, мы уже сделали этот выбор, — сказал я, выдержав суровый взгляд отца. — И он явно был не в пользу устаревших традиций нашей стаи.
— Как ты смеешь…
— Если это все, что вы хотели мне сказать, то я вынужден откланяться, — перебил я его и, не дожидаясь разрешения, направился к выходу.
— Максим, я знаю, что ты куда благоразумней, чем твой старший брат, поэтому даю тебе время подумать, — попытался остановить меня отец. — Можете пока поиграться со своей игрушкой, а как надоест, мы с вами поговорим с глазу на глаз.
Я лишь усмехнулся и вышел из дома, не желая больше здесь оставаться. Вряд ли я сегодня смогу донести до родителей то, что Эля уже давно перестала быть нашей игрушкой.
Она стала для нас всем.
***Эмиль
Дядюшка Эли оказался тем еще неприятным типом. Явился к нам в дом, чуть ли с пинка ноги открыв дверь, да еще и накинулся на свою племянницу с угрозами.
Не с теми людьми он связался. Точнее, не с людьми, а с теми, кто ему не по зубам.
Я быстро утихомирил дядю Эли, от чего тот задрожал, как осиновый лист. Задрожал и выдал такое, от чего Эля вмиг побледнела, едва не хлопнулась в обморок.
Только это ей не хватало. Марк Маркович предупреждал нас — никакого стресса в ближайшее время, и что мы имеем в итоге? Комбо-набор из переживаний за младшую сестру и угрызения совести, проснувшиеся после слов дяди.
Я был уверен на все сто десять процентов, что Эля считала себя виноватой в пропаже Лее.
