Алекс оглядывается на дверь, а затем вновь смотрит на меня.
— Альтернативно красивая.
— Это как?
— Без слез не взглянешь.
— Не надо меня утешать и обманывать. Скажи правду.
— Правда в том, что эта орчиха в проем двери с трудом протискивается, — Алекс чешет затылок. — У меня бы и с виагрой не встал.
— Ясно, — поднимаюсь на ноги, пораженная его честностью.
Не хочу принимать правду, что Сергей вступил в связь с женщиной из-за меркантильных интересов. Может, он все-таки влюбился, а идея выкрасть деньги ему пришла потом? Орчиха ли, красавица ли не имеет, на самом деле, значения.
Я смогла бы понять измену, которая родилась из симпатии, но не из-за желания использовать человека, чтобы подобраться к чужим деньгам.
Меня передергивает, словно я обмазалась чем-то липким, склизким и холодным. Мне надо принять ванну, чтобы смыть фантомную грязь. И как жаль, что душу мне не выстирать от пятен разочарования.
Глава 6. Тайна злого Дракона
Открываю глаза, вскрикиваю и отползаю к краю кровати, у которой стоит статная женщина в стильном брючном костюме цвета фуксии.
Лицо жесткое, седое каре с прямой челкой подчеркивает ее острый хищный нос, а тонкие губы недовольно поджаты.
— Встань, — ледяным голосом командует она, — дай я на тебя посмотрю.
— А вы еще кто?
— Виолетта. И тут я по капризу одного нашего знакомого.
— Какого?
Виолетта уничижительно смотрит мне в глаза и цедит сквозь зубы:
— Родиона естественно.
— Он вас тоже похитил? — в изумлении шепчу я.
Господи, вот же ненасытное мурло.
Одной пленницы ему недостаточно, решил себе и даму в годах приволочь?
— Встань.
— Хватит мне приказывать!
Виолетта сжимает переносицу и вздыхает. На пленницу она не тянет. И очень жаль. Мы бы могли бы с ней подружиться по причине нашего общего незавидного положения.
— Я здесь не для того, чтобы нянчиться с одной из шлюх Родиона, — ядовито шипит она и рявкает. — Встань!
Меня аж подбрасывает с кровати от ее зычного голоса. Не женщина, а прапорщик!
— Сними этот ужас, — Виолетта повелительно машет рукой, намекая, что ей не по вкусу мой халат.
— Немедленно.
Через минуту упрямого молчания она заявляет:
— Я позову мальчиков Родиона. Я теряю терпение.
И ведь позовет. В серых глазах вижу решительность и твердое намерение меня раздеть. Скидываю халат, закрываю грудь рукой, и Виолетта выуживает из кармана портняжную ленту:
— Да боже мой, выпрями плечи и не закрывайся. Меня твои сиськи ничем не удивят. Они же у тебя не золотые!
Так-то Виолетта права.
