Сотрудницы загса аж вжимают головы в плечи и прячутся за мониторами, а редкие посетители замолкают.
— Доброе утро, — пищит та самая кудрявая девчушка, что приняла нас месяц назад и с белым лицом забирает паспорта у меня и Сергея, который вновь отходит за мрачную мать.
— Доброе, — Родион присаживается на второй свободный стул передо мной, выкладывая свой паспорт на стол, — и давайте оформим заявление о заключении брака.
Почти бывшая свекровь, поперхнувшись собственными слюнями, прикрывает рот, в гневном упреке смотрит на меня, а я мило улыбаюсь.
Выкуси, стерва старая. Как ты там говорила? Я никому не буду нужна с гнилым чревом?
— И поздравьте меня, — смотрю на онемевшую от удивления девушку, стискивающую три паспорта в пальцах, — я беременна.
Почти бывшая свекровь глухо крякает, охает и приваливается к столу, за которым, недовольно фыркает рыжеволосая полная тетка. Боже, да только ради этой сцены стоило быть похищенной за долги идиота-мужа.
— Поздравляю, но пошлину все равно надо оплатить, — тихо и жалобно попискивает девушка.
— Такие правила.
— Все будет сделано в лучшем виде, — хмыкает Алекс и шагает прочь.
Но на этом потрясения для почти бывшей свекрови не заканчиваются. Родион поддается в мою сторону, привлекает к себе и глубоко с языком целует. Сергей рывком подставляет под оседающую мать стул и отворачивается, опустив голову.
— Да я бы сама за такого замуж пошла, — громко заявляет одна из теток, кинув одобрительный взгляд на самодовольного Родиона, и встает с кипой бумаг в руках, — сразу видно мужик серьезный.
— А я не серьезный? — неожиданно громко и обиженно вскрикивает Сергей.
— Ну, раз с тобой развелись, значит, несерьезный, — тетка пожимает плечами и ковыляет к металлическому шкафчику, окрашенному черной краской.
— Господи, что творится, что творится! — почти бывшая свекровь прячет лицо в платок и всхлипывает. — Какой позор!
— И этот позор воспитали вы, — я откидываюсь на спинку стула и скрещиваю руки на груди.
— Посмотрю, как ты воспитаешь своего выблядка, — шипит она, глядя на меня с ненавистью в мутных и заплаканных глазах.
Петя вальяжно подходит к Сергею, и тот через секунду с оханьем сгибается пополам от быстрого и глухого удара в живот.
— Мы дам не бьем, — Петя разворачивается к вскрикнувшей почти бывшей свекрови, — даже если очень хочется.
— Верно, — Родион скучающе осматривает ногти.
— И вы будете все вот так смотреть и ничего не делать?! — почти бывшая свекровь кидается к осевшему на пол Сергею.
