Игрушка императора

В конце концов, посещение Праера на сегодня отменилось, благодаря приказу дражайшего супруга, следовательно, бесконечные разъезды по пыльным дорогам мне не грозят.

И тут до меня дошло!

«На сегодня демонстрация вашей силы закончена?» — и его ответ: «На сегодня? Нет. Все только начинается, что радует».

Так вот что меня тревожит!

«Не смей покидать дворец до заката. Это приказ!»

И как-то все это… странно! Очень-очень странно, а самое главное — кесарь знал, что я не нарушу приказа. Потому что мне жить очень хочется, а за годы этой самой жизни я, как и все подданные кесаря, усвоила одно непреложное правило — нарушившие приказ императора умирают быстро и мучительно!

Медленно спускаясь по белоснежным ступеням центральной лестницы, я с ужасом думала о возможностях кесаря… Проблема в том, что предугадать его действия я не способна.

— Пресветлая императрица, — Райхо ожидал меня у окончания лестницы с пачкой исписанных листов в руках.

А я остановилась на ступенях. Застыла, глядя в никуда, снова и снова повторяя про себя его: «Не смей покидать дворец до заката. Это приказ!» Наконец я поняла причину своей тревоги — кесарь что-то замышлял! Я это чувствовала на каком-то интуитивном уровне! И его приказ только подтверждал мои опасения.

— Пресветлая императрица… — уже неуверенно повторил секретарь.

Я медленно спустилась еще на три ступеньки. Вновь остановилась. В принципе, поводов для беспокойства у меня, по сути, не было, и в то же время чувство нарастающей тревоги я игнорировать не могла, а интуиция меня никогда не подводила.

— Райхо, — еще три ступени, — что у нас на повестке дня?

— Его императорское величество внес изменение в ваше расписание. Отменены все поездки, члены дворянского собрания прибудут во дворец в полдень.

Дворянское собрание с прошениями и предложениями, это более семи часов напряженной, утомительной работы… Причем это то, чем я никогда не пренебрегала… Но все же…

И тут вспоминаю слова кесаря: «Пусть забавляется, к оркам меньше бегать будет».

Спустившись к Райхо, я стояла и барабанила пальцами по перилам. Ощущение тревоги нарастало. А еще появились вопросы, которые я ранее не задавала.

— Райхо, помните период законотворчества нашего императора?

— Хорошо. А скажите-ка мне, лорд Райхо, все ли указы кесаря были обнародованы?

И я даже дыхание затаила в ожидании ответа.

— Нет, пресветлая императрица.