Игрушка императора

На мгновение в отцовском кабинете воцарилось изумленное молчание, а после:

— Айсира Лориана, — Девари тоже вскочил, — вы осознаете тяжесть своего проступка? Я доложу о вашем непослушании его величеству! Немедленно верните оракул.

Но моя младшенькая, полностью проигнорировав айсира, не отрывая от меня напряженного взгляда, тихо спросила:

— Кат, тебе действительно угрожает опасность?

Лора закусила губу, посмотрела на отца, потом на айсира Девари. Мило улыбнулась и вежливо сказала лорду:

— Все, теперь можете вызывать нашего повелителя!

Наверное, мне следовало открыть портал в тот же миг, но я стояла и в оцепенении смотрела на сестру.

На свою родную сестру! И все равно не могла поверить… просто не могла. Почему-то подобного я ждала от отца, но никак не от Лорианы… Я все еще наивно верила в то, что сестра меня не предаст… в очередной раз.

Зато айсир Девари явно ожидал именно этого, а потому уверенно шагнул к младшей принцессе Оитлона. В следующий миг изящная ножка в туфельке со внушительным каблучком нанесла удар по его ступне.

Крик! Лорд согнулся пополам и был вознагражден еще одним ударом по голове, нанесенным собственно оракулом, все так же замотанным в ткань, то есть изолированным от прикосновений.

В момент, когда Девари повалился на пол, мы с отцом смотрели не на его утратившее сознание тело, мы потрясенно взирали на прекрасную, добрую и милую Лориану!

— Как ты говорила? «Семья — это сверхценность»? — Лора радостно улыбалась. — Знаешь, Кат, ты и моя сверхценность тоже.

С этими словами оракул был отнесен в сейф, заперт, а ключи Лориана забрала.

Сестра подошла ко мне и встала рядом, несколько враждебно глядя на отца.

— Вы обе сейчас совершенно не соображаете, что творите, — прошипел король Оитлона.

В этот момент айсир Девари глухо застонал, начиная приходить в себя. Прекрасная золотовласая принцесса, грациозно ступая, подошла к нему и изящной ножкой изо всех сил нанесла удар в живот. Лорд захрипел, Лориана успокоила его повторным ударом по голове. Я вдруг поняла, что стою, банально открыв рот в крайней степени изумления!

— Папа, это ты ничего не соображаешь, — младшенькая подошла, вновь встала со мной рядом, но говорить продолжала с отцом.

 — Кесарь — не житель этого мира, мне бабушка Велерея рассказывала. Откровенно говоря, когда после коронации Кат ты поведал мне о плане, я порадовалась и за императора, и за себя, и за Катриону. Потому что я думала, что кесарь нашел способ возвращения и скоро покинет нас, а я стану императрицей после Кат.