Игрушка по неволе 1 (СИ)

Она явно не могла сбежать сама.

Куда она могла податься?

— Тряханите Николаева. Маловероятно, что девчонка у него, но всё же проверить стоит…

Ещё несколько звонков.

Каждый получает распоряжение.

Их выполнят беспрекословно или полетят головы. Много голов.

Что же касается самого Ангелочка…

Трогаю пальцами заколку, хрупкую и изящную. Очень красивую. Она легко ломается в сжатом кулаке.

Кому-то придётся ответить. За ложь.

Втёрлась в доверие, корчила из себя больную! Так натурально, что я даже остался рядом.

Впервые меня взволновала девушка, неспособная к траху из-за болезни. Она даже ничего не говорила, просто лежала головой на моих коленях. Так покорно и доверчиво. Так проникновенно…

И она же ловко обвела меня вокруг пальца.

Все девушки — шлюхи. Все шлюхи — лживы.

Я обязательно найду её.

Буду обращаться так, как она этого заслуживает — как с очередной дыркой.

Даже не верится, что мне удалось сбежать из лап Рустама Анварова!

Спонтанный план сработал.

Когда я вышла из многоквартирного дома, мне хотелось кричать и плясать от счастья.

Но я заставила себя идти спокойно, не вызывая подозрений. Спокойно дошла до стоянки такси и села в первую попавшуюся машину. Попросила отвезти меня до ближайшего банкомата.

Я сняла кучу налички с безлимитной карты, которую дал мне Рустам. Потом купила билеты на вокзале…

Набрала номер подруги с телефона-автомата. Она не спала, была на смене в отеле, где иногда подменяла свою старшую сестру.

Мой план ей понравился. Но Ира посоветовала «залечь на дно».

Бежать неизвестно куда тоже опасно!

Может быть, стоит попытать счастья у двоюродной сестры мамы? Она живёт довольно далеко. Мы почти не общаемся, я видела её всего один раз в жизни.

Но мне хватило бы возможности просто переночевать день или два, а потом снять жильё и устроиться на работу.

Без разницы кем, лишь бы закрепиться на новом месте. Как можно дальше от Анварова!

Жаль, что я не успею доучиться, но обстоятельства складываются не в мою пользу.

Я наивно полагала, что мне удалось скрыться. Меня терзали угрызения совести, что я взяла деньги Рустама.

Но Анваров захотел гораздо больше.

Он пожелал присвоить меня себе, не считаясь с моей жизнью. Не учитывая моего мнения, как будто я — просто вещь или красивая игрушка на витрине, которую может купить каждый, кто пожелает.

У меня есть свои чувства.