Игрушка по неволе 1 (СИ)

Неужели сложно сделать даже это?! — выдыхает в самые губы.

Я роняю взгляд на его рот — крупный, красиво очерченный, очень чувственный. Трогаю пальцами его губы, обводя волнующий контур. Кончики пальцев сильно обжигает.

Как будто трогаю опасного зверя, который может больно укусить в любой момент. Едва ощутимая ласка завораживает. Но и он застывает без движения, тяжело дыша.

Потом, словно очнувшись, отходит. Швыряет на постель пакет с вещами.

— Переоденься. Пора покинуть эту дыру.

Мне ничего не остаётся.

Рустам наблюдает за моими сборами, не отводя взгляда. Кажется, мой неудачный побег обострил его внимание ко мне в тысячу раз.

— И ещё одно, Анжела.

Вздрагиваю от холода, пронизывающего голос Рустама.

— Если ты попытаешься сбежать ещё раз, не поздоровится тем людям, которые тебе дороги. Горе-папаша Николаев, твоя сердобольная подруга и её семья. Пострадают все. В независимости от того, причастны они к побегу или нет, я сотру их в порошок, разрушу жизни.

Рустам впечатывает глубоко в меня каждое слово. Он не шутит, понимаю я всей душой. Анваров понял, на какие кнопочки нужно давить.

Я почти безразлична к тому, что он сможет распоряжаться моей жизнью, как захочется, но я не хочу, чтобы из-за меня пострадали другие.

Рустам забирает меня из отеля, оставив щедрые чаевые администратору. Он привозит меня в свой роскошный дом и выделяет одну из гостевых спален, в которой мне предстоит жить.

Теперь всё будет так, как захочет того он сам.

— Эту неделю ты проведёшь в моём доме, — заявляет безапелляционно. — Потом, если будешь благоразумной, я разрешу тебе посещать учёбу и встречаться с подругами. Но не обманывайся мнимой свободой. Теперь за тобой постоянно будет вестись наблюдение.

— Это ни к чему. Я поняла твои условия. Все.

У меня есть только к нему только один вопрос — как скоро ему надоест со мной забавляться.

— Ты хорошо говоришь, Анжела. Так хорошо и сладко, что хочется тебе поверить.

В этот же день Рустам отвёз меня в клинику.

— Ты привёз меня в больницу?

В ответ он лишь хмурится, плотно сжимая челюсти. Пальцы беспокойно барабанят по рулю.

— Не хотел вредить, — выдаёт спустя серию коротких, но тяжёлых выдохов. — Пусть тебя посмотрит врач.