Игрушка по неволе 1 (СИ)

О моём вопросе ты тоже будешь трепаться языком? — наседает Рустам.

— Иди к чёрту. Не мешай мне заниматься работой. А если сомневаешься в моей компетентности, найди другого гинеколога! — злится Карина.

— Всего лишь напоминаю о необходимости быть профессионалом своего дела.

— Как профессионал, я выгоняю тебя сейчас. И не смей входить, пока я тебя сама не позову.

Дверь захлопывается за моей спиной.

— Иногда он бывает невыносимым, — вздыхает Карина, омывая руки. — Есть какие-то жалобы?

Я молчу, проглатывая горькую усмешку.

— Ясно. Прилягте на кушетку. Я пока заполню вашу карточку, — предлагает девушка.

— Разве этим не должен заниматься ассистент?

— Рустам сказал, что ситуация деликатная. Поэтому я сделаю всё сама. Может быть, чаю?

Я укладываюсь на кушетку, разглядывая стены нежно-персикового цвета. Карина задаёт вопросы — стандартные, разумеется. Спокойный, мягкий тон её голоса успокаивает и даже баюкает. Она никуда не торопится, и между вопросами — длинные паузы, заполняемые стуком пальцев по клавиатуре.

Незаметно для себя я отвечаю на всё, а когда Карина задаёт вопрос, как давно я живу половой жизнью, со смехом отвечаю:

— Со вчерашнего дня.

— Ясно. На кресло, пожалуйста. Мне нужно оценить…

— Степень повреждений, чтобы выписать брату разрешение? — перебиваю я.

Карина улыбается вежливо:

— Рустам никогда не приводил ко мне своих девушек. Он вообще давно не состоял в длительных отношениях. Если говорить о нём, как о брате, то я расцениваю его визит с девушкой в клинику, как нечто из ряда вон выходящее.

Мне приходится залезть на кресло. Немного неуютно. Да что там… Стыдно, как будто я провинилась в чём-то ужасном!

— Достаточно, можно одеваться.

Я натягиваю на себя одежду, садясь на стул с полыхающим от смущения лицом.

Карина заполняет данные в компьютере, потом смотрит на меня с профессиональной улыбкой.

— Повреждений нет. Медицинских противопоказаний к активной половой жизни тоже нет. Это моё профессиональное мнение, — закрывает крышку ноутбука.

— О котором я вас не спрашиваю, уж извините, — говорю с досадой.

Мне не нравится быть предметом обсуждения Анварова и его родни.

— Что же касается моего личного мнения, — продолжает Карина, как ни в чём не бывало. — Некоторым парам лучше поскучать.

— Рустам тоже так говорит. Но иногда со стороны виднее…

Принтер выдаёт лист бумаги, на котором Карина ставит размашистую подпись и печать.