— Аборт — необходимая процедура, — повторяет отец, гладя меня по плечу. — Я намерен найти тебе хорошего, серьёзного мужчину. Мужчинам не нужны чужие дети. Ты же знаешь…
Мой настоящий отец жестоко давит на больной мозоль. Я много лет прожила с семьёй, называя отцом чужого мужчину, а когда правда открылась, он просто избавился от меня. Продал за свои долги влиятельному бизнесмену — Рустаму.
— Да, папа. Я знаю, что мужчинам не нужны чужие дети. Я не хочу, чтобы мой… малыш… страдал, — говорить приходится через силу.
Срок крошечный. Но мне тяжело… думать об аборте.
Отец ни за что не позволит воспитывать ребёнка в одиночку.
Ни за что.
Он отправляет меня на аборт, словно отпускает на приём к зубному врачу.
— Я могу поехать с тобой.
— Нет-нет!
Только не это.
— Я справлюсь сама. Ничего сложного, — натянуто улыбаюсь, заметно нервничая.
— С тобой отправится охрана. Это не обсуждается.
Мне нужно привыкать к присутствию охраны. Отец — влиятельный бизнесмен, у него много конкурентов. Постоянное нахождение под охраной — часть его жизни, значит, и моей — тоже.
— Всё будет хорошо, не переживай.
На следующее утро я отправляюсь в клинику.
Машина паркуется на стоянке. Водитель и первый охранник остаются внутри. Второй охранник сопровождает меня к частной медицинской клинике.
Чем ближе я подхожу к зданию, тем сильнее моё желание убежать. Я глотаю слёзы, поправляя солнцезащитные очки, за которыми прячу покрасневшие глаза.
Придётся смириться с этим… Потом — как-то заново учиться жить и радоваться мелочам.
Охранник распахивает передо мной дверь, пропуская вперёд. Я захожу в просторный холл.
Внезапно между мной и охранником, идущим следом, врезаются массивные мужчины в чёрных костюмах. Один отсекает охранника, ловко скручивая его и прижимая к стене. Второй оттесняет меня в сторону.
Я собираюсь кричать, но мой рот накрывает жёсткая, горячая мужская ладонь. Крепкое, спортивное тело мужчины прижимается ко мне со спины.
— Не кричи, Ангелочек. Это всего лишь я.
На меня разом накатывает злость и радость.
Я узнала этот голос, как и парфюм, в котором тону с головой, жадно вдыхая полными лёгкими. Одного вдоха мало, я жадно дышу, проклиная себя за слабость.
— Нужно поговорить, — низким голосом произносит Рустам, мягко прикасаясь губами к уху.
Его жаркие выдохи касаются моей щеки. Внезапно он целует меня в волосы, коротко и жадно дыша.
— А ты всё такая же красивая, — губы захватывают шею в плен горячего поцелуя. — И сладкая, — севшим голосом.
