Игры с хищником

Теперь она была в длиннополом вечернем платье, с другой, высокой прической, а на груди, чуть ниже подростково выпирающих ключиц, лежало стрельчатое бриллиантовое ожерелье. На какой-то миг ему почудилось, что это Рита Жулина, и даже в ушах зазвенело от странного ощущения нереальности.

Однако в следующий момент он понял, что это всего лишь хмель докатился до мозгов...

– Прости меня, – повинился Сергей Борисович. – Я нес всякий вздор... Это защитная реакция.

– У меня тоже, – почти весело обронила она и оглядела стол.

Звонок городского телефона зазвучал пронзительно, как тревога, и вызвал раздражение, ибо память об Ангелине до сих пор оставалась болезненной. Если даже дежурный охранник забыл выключить связь, то обязан был среагировать на долгие звонки, однако этого не происходило. Сергей Борисович потянулся было за трубкой, однако в следующий миг на глаза попал пистолет, и два этих предмета на столе – звенящий телефон и взведенный никелированный «вальтер» – вдруг высекли мысль, что все это не случайно.

Он сорвал трубку и резко спросил:

И услышал голос Горчакова:

– Наконец-то! У вас все в порядке, Сергей Борисович?

Он вновь взглянул на пистолет и спросил:

– Чего ты трезвонишь среди ночи?

– Ваша охрана на месте?

– К вам в последние два часа никто не заходил?

– Никто! Что тебе надо, Горчаков?

– Прошу вас, оставайтесь в кабинете, – непривычно взволнованно заговорил генерал. – Запритесь на все замки и на засов! У вас на внутренней двери есть треугольная ручка.

Сергей Борисович бросил трубку, огляделся и прислушался: в доме было по-прежнему тихо, да и звуки из квартиры почти сюда не доходили. Он открыл первую, звукоизолированную дверь, после чего повернул ключ во второй и резко распахнул...

Освещенный коридор был пуст, впрочем, как и видимый лестничный холл. В общем-то привычный ночной покой, когда дома нет жены и дочери.

Он запер обе двери, однако ручку засова поворачивать не стал. Встревоженный голос Горчакова не насторожил его, а, напротив, вызвал легкое сиюминутное любопытство. Сергей Борисович отодвинул занавеску и не скрываясь стал смотреть в окно.

Погода на улице была промозглая, дождь со снегом – точно такая же, как и той памятной осенью...

Женитьба на Ангелине, устроенная по воле вышестоящего начальства, состоялась сразу же после похорон Брежнева.