Игры с Тенью, или Семь поцелуев для недотроги

Ивлин опустила глаза и принялась возить по тарелке свой завтрак.

Ей было стыдно. И надо было быть слепым, чтобы этого не заметить. Она была растеряна и напугана. Разрушать ее предстоящую свадьбу я не собирался, а вот испортить ее немного и пробудить в ней женщину — да. Мне почему-то не хотелось, чтобы Ивлин была покорной овечкой, пока Асвальд наставляет ей рога. Раз уж мой брат решился жениться, то пусть берет на себя все тяготы семейной жизни, а не радуется звону монет в кармане.

— Я не расскажу ничего Асвальду, — сообщил спокойно, пережевывая ветчину.

— Поручения? — в глазах Ив промелькнул страх.

— Да. Это будет касаться дела. Ну, там… Я не знаю… В бордель прокрасться и шпионить, — мои губы растянулись в улыбке. — Соблазнить какого-нибудь беднягу и вытащить из него информацию…

— Я не буду этого делать! Я не хочу участвовать в авантюрах!

— Значит, я не буду хранить тайну о том, как твои губки страстно меня целовали… И можешь попрощаться с предстоящей свадьбой.

Хотя на самом деле, я понимал, что моего братишку мало интересует, с кем целуется его невеста, если она не намерена разрывать помолвку. Главное для него — получить доступ к наследству Рейгар.

— Какой же ты… — процедила Ивлин сквозь зубы.

— Очаровательный? Милый? Находчивый? 

— Омерзительный. Похотливый. Невыносимый.

— Ты решила оскорбить меня, Ив? — поинтересовался ехидно.

— Решила сказать тебе правду, — в карих глазах застыла едва сдерживаемая ярость.

— Правда в том, милая Ивлин, что я вижу вещи такими, какие они есть.

Ярость в глазах сменилась растерянностью, и Ивлин потупила взгляд. И мое мужское эго довольно хлопнуло в ладоши. Потому что я, черт возьми, был прав.

— Ты слишком самонадеян.

— А ты — патологическая врунья. Ты врешь даже сама себе.

— Ты мне не нравишься, — фыркнула она, выпятив подбородок.

— Нравлюсь. И нашу маленькую Ивлин мучает совесть. Ведь у неё вроде как есть жених, а она думает о его противном старшем брате. Разве не так?

— Может проверим снова? — я склонился в ее сторону, глядя в огромные карие глаза. — Я поцелую тебя. Если ты мне ответишь — будешь носить гордое звание «Лгуньи Алеана».

— Так ты принимаешь условия? Или мне побеседовать с братом?

Ивлин тяжело вздохнула и опустила голову, подперев ее рукой. Выглядела она поверженной.