Он оказывается близко настолько внезапно, что она не успевает подготовиться к вторжению. И теперь сидит, глядя в кружку с кофе, боясь встречаться с ним взглядом. Боясь того, что он может сказать. И того, что она может ответить. Керри понимает, что как раз сейчас что-то происходит. Что-то настолько определяющее, что настолько серьезное... То, после чего уже ничего не будет как раньше. Только или лучше, или хуже.
Рэй молчит. Сидит возле нее, сжавшейся на хлипком стуле, смущенной, смотрит. И от взгляда его привычно становится жарко.
Но еще и тревожно.
- Я для тебя эту квартиру хотел. Без тебя мне она нахер не упала.
- Рэй, ты опять очень категоричен... Ты не хочешь меня услышать...
Керри все же находит в себе силы отвечать, хотя его близость ослабляет ее. Лишает сил. Как всегда! Как обычно!
- Я тебя слышу. Ты меня услышь.
Горячие ладони ложася ей на колени, присобирая плед вверх. Керри не сопротивляется, только следит, как темные грубые пальцы скользят по ее светлой коже. Странный, будоражащий контраст.
Прикосновения заставляют дрожать. Или это его голос? Тихий, серьезный, настойчивый? От него ее потряхивает?
- Я хотел эту квартиру для тебя. Я хочу эту мастерскую для тебя. Кер, только для тебя все. Самому мне это не надо нихера. Пойми.
И тут... Тут происходит то, чего она не ожидает вообще. Рэй опускается с корточек на колени перед ней, утыкаясь макушкой в живот. Шумно вздыхает. А, учитывая, что ладони его продолжают свое путешествие, обнажая по чуть-чуть бедра, выглядит это полноценным захватом территории.
Обманными маневрами с целью запутать противника.
И военная кампания явно дает нужный результат. Потому что противник повержен. Противник не ожидает таких действий.
Керри сидит, ошаршенная, уже не смущенная, испуганная. И смотрит на склоненную к ней русую макушку. Широкие плечи, крепкие руки, обнимающие ее ноги, татуироку с крыльями на спине. А затем... Затем просто кладет ладони, зарываясь пальчиками в отросшие волосы. И Рэй вздрагивает от этого невинного прикосновения.
Его начинает трясти еще похлеще, чем Керри.
- Если бы знала, бл*... - Чуть слышно шепчет он, - если бы ты понимала... Я не могу нихера сказать... Язык, бл*... Не шевелится... Я ведь умер этим летом, ты в курсе, а?
Керри не отвечает, только чуть сжимает пальцы у него в волосах. Она догадывается. Несмотря на все ее надуманные и не надуманные обиды, в глубине души она прекрасно знает, насколько у него все серьезно по отношению к ней. Насколько остро и больно.
