Их невинный подарок

Желание узнать, что именно мужчина сделает.

Послушно иду за ним, еле переступаю эти странные-странные ступеньки без поручней. Лишь хватаюсь за ладонь Клауса, как за лучшую в этом мире поддержку.

Мужчина подталкивает меня в сторону спальни, открывает дверь. Это слишком далеко заходит, откровенно, с непрозрачным намеком на то, что будет дальше. Но я не останавливаюсь.

Это делает сам Клаус.

– Закрой дверь, - велит, упираясь лбом в дверной косяк. – Если я войду, то никакие стопы больше не сработают. Всё произойдет, всё возьму.

Обхватываю пальцами дверную ручку, сжимаю до хруста в костях.

Закрыть?

Или оставить?

Мне хочется превратиться в другую Карину. Как некоторые девочки из университета, которые думают только о себе. Извлечь выгоду, решиться на этот шаг, чтобы всё закончилось.

Мы переспим: никакой девственности, никакого брака.

Всё так просто, правда? Идеальное решение всех проблем с привкусом удовольствия. Больше ничего не останется, эта ночь и всё, что я узнала, будет казаться просто сном.

Но я даже не задумываюсь об этом. В этот момент всё, что меня тревожит: я не хочу, чтобы Клаус уходил. Не хочу проводить праздник в одиночестве, обрывать то, что уже началось.

Поэтому я лишь делаю шаг назад, вглубь комнаты. Отпускаю дверную ручку, выжидающе смотрю на мужчину. Это всё, что я могу. Предел моей смелости.

Но Клаусу этого хватает.

– Ты сама решила, красивая, - это звучит как угроза, а я лишь поджимаю губы. – Твой выбор.

– И ты не остановишься, да? Не отступишь?

– Блядь, - стонет, словно мои вопросы причиняют ему боль.

Этого мне достаточно. Одного нечеткого кивка хватает, чтобы Клаус с грохотом закрыл дверь. Запечатал нас в одной комнате, без права на побег. Мужчина приближается, а я жду. Стою на месте, дрожу от огня внутри."

"Вскрикиваю, когда Клаус резко поднимает меня в воздух. Держит на руках, заставляет обвить его торс ногами. Ни один мускул не дергается, словно я пушинка, ничего не вешу.

Сильный, какой же он сильный.

А я окончательно сдвинулась. Слетела с дорожки нормальности, с треском провалилась в пучину опьянения. И виноват в этом не алкоголь, к сожалению. Так было бы проще.

– Глупость делаешь, красивая, - говорит, при этом целует меня. Кусает мои губы, втягивает их. Изучает. Каждый раз – впервые. – Пиздец, глупость.

– Я знаю. И ты тоже.

А остановится не можем. Мужчина держит меня на весу, резко дергает молнию моего платья.