— Не о чем говорить, наговорились уже, все, спасибо за гостеприимство, за все спасибо, но на этом, пожалуй…
Я не договорила, молниеносный вихрь в лице Демида практически сбил меня с ног. Как и в какой момент я оказалась на коленях у парня, для меня останется загадкой на долгое время.
— Пусти, — попытка вырваться успехом не увенчалась, а если говорить откровенно — с треском провалилась.
— Перестань, Лень, не отпущу же все равно, — он обнял меня крепко, пресекая дальнейшее сопротивление, рядом прогнулась кровать, и через секунду я уже была в объятиях другого.
— Не надо, — прошептала тихо, понимая, что еще чуть-чуть и на меня накатит все, что я так долго сдерживала в себе.
— Лен, это все херня, ты слышала, да? Лен, ты пойми, мы не святые и не девственники, мы…
— Делите баб на двоих и меня решили поделить, я уже поняла, — выплюнула я зло, снова дернулась, снова безрезультатно.
— Не решили, мы хотели… хотели нормально, чтобы только один из нас, чтобы… Блядь, да че так сложно-то.
— Да потому что ты дебил со словарном запасом, как у пня, — перебил Демид, перетягивая меня на себя.
— Сам ты дебил.
— Хватит, — грозно прервала я этих двух махин.
— Лен, Клык придурок, он же нихрена не знает, да мы сами не знаем, просто увидели тебя тогда, так не бывает просто, чтобы раз и щелкнуло что-то, переклинило, понимаешь?
— Нет, — покачала головой.
— Умник, бля, — огрызнулся Данька.
— Послушай, Лен, для нас это тоже в новинку, мы хотели по-другому, чтобы ты выбрала, а не выходит, не хотим, не можем тебя поделить.
— Я что вещь? — возмутилась ни к месту, они вроде как объясниться пытаются, а я. Ну а я баба, что с меня взять-то?
— Не вещь, Лен, но и поделить не можем… бля… ну скажи, тебе же понравилось, сейчас понравилось, с нами, с обоими…
Я каждой своей клеточкой почувствовала, как покрываюсь румянцем с ног до головы, прикрыла глаза, чтобы хоть не видеть весь этот позор вокруг, так, как назло, перед глазами так и стояла порочная картина.
Даня на коленях, мои ноги у него на плечах и целующий меня Демид рядом.
Лена, блин!
— Я не могу так, не могу, ясно, — я снова начала вырываться, потому что они на меня давили, потому что я сама себе признаться боялась, что понравилось. Да, черт возьми, понравилось.
«Шлюха ты, Лена, потаскушка» - ехидненько пропел внутренний голос.
— Лен.
