Как и шарахаться с ними по ресторанам.
Мы еще немного поболтали. Я съела салат и допила гранатовый фреш, мне заказали новый. Он застывал во рту кровавым вкусом, несмотря на сладость. Вкус железа. Говорили о таких пустяках, что скука скрипела на зубах. О погоде, о музыке, звучавшей в зале. Александр сказал, это Шуберт.
Обсудили вчерашний дождь и мое платье. Парни хвалили мой «изысканный» вкус, который и не ночевал в гардеробе. До того, как меня утащили в «Авалон» я вообще была дикаркой. Это парни немного меня обтесали.
Мы уже заканчивали ужин, а парни так ни о чем и не спросили меня.
Я имею в виду ответ, которого я боялась.
И я ничего не выяснила. Может быть, львы говорили искренне? Рассказали о дочере все, что знали сами и ничего не держат за спиной? Не знаю, что и думать…
Возникло ощущение, что я с ними знакома тысячу лет. Сижу со старыми друзьями в ресторанчике, флиртую, расточаю улыбки и веселюсь. Даже легкость появилась на душе. Ужин подошел к концу.
— Как насчет десерта?
— Штрудель с яблоками, — попросила я, вспомнив старые привычки.
"
"Свежие яблочки, корица, тонко раскатанное тесто… Я даже забыла, что когда-то яблоки будили во мне тяжелые воспоминания. Все исчезло.
Пока несли заказ, парни кидали на меня горячие взгляды. Марк гладил руку, Александр наклонился так низко, что мог бы поцеловать — нос почти уткнулся в щеку. Теплое и шумное дыхание было таким вкрадчивым, что я догадалась — льву нравится мой запах. Запах пудры, геля для душа и духов. И меня, конечно.
В дыхании была такая страсть, что я ощутила первый отголосок жара, что одолевал мужчин. Волна тепла пошла от живота вверх, мужчины поерзали и отстранились — нам несли десерт.
— Оливия, — Мрак подчерпнул длинной ложкой немного крема и отломил кусочек штруделя. Ложка зависла в нескольких сантиметрах от губ.
Я послушно открыла рот, чувствуя неловкость.
— Не смущайтесь. Будем считать, это наша новая обязанность. И ваша тоже.
Взгляд Марка стал таким откровенным, что я чуть не подавилась штруделем.
Брат забрал у него ложку и проделал то же самое.
Они по очереди кормили меня с ложки десертом, как птенца. Надолго меня не хватило — я промокнула губы салфеткой, спрятав за ней рот. Отстаньте! Чего они так за мной ухаживают? Боятся, что откажу?
Я уже не понимала, чего хочу: только ли правду о дочери или этих мужчин тоже? Стало немного грустно. Львы дали понять: помогать мне будут потом. После того, как сожрут старых королей и займут их место.
