Скорей бы домой: свернусь калачиком и поплачу в одиночестве. Как выяснилось, я не могу быть с мужчиной, и кажется, это навсегда.
Я всхлипнула, ладонью зажимая рот, и бросилась к подъезду.
Пятно фонаря расплывался метрах в трех впереди. От него, прямо из световой завесы выступила огромная тень.
Я врезалась в крупного мужчину. Не разглядела лица, но этот запах, сильные руки и мощный торс, обтянутый белой майкой — все было родным. Он подхватил меня, оберегая от падения.
— Фасолька! — это был Кир. — Что случилось? Что с тобой?
Глава 41
Я запрокинула голову, чтобы увидеть его глаза.
Весь мокрый, словно долго стоял под дождем. Волосы намокли, облепили лицо и шею. На майке немного крови. Пятна посветлели, словно дождь вымыл их. Может быть, поэтому он и стоял под дождем. Уничтожал улики.
Откуда он пришел, что здесь делает?
— Тебя кто-то обидел? — повторил Зверь и убрал пряди, налипшие на лоб и глаза. Светлые глаза смотрели внимательно, по-доброму, словно он мой старший брат."
"Я была безумно рада его видеть.
Ткнулась носом в холодную майку, под ней было горячее тело Кира. Обхватила его, как после долго разлуки, и прильнула всем телом. Как я тебе рада…
— Все хорошо, — прошептала я.
Главное, не говорить ему про дочь и львов. Иначе быть беде.
— Фасолька? — я почувствовала пальцы под подбородком. Кир хотел взглянуть в глаза, но я упрямо дернула головой, как ребенок, закрылась плечом и прижалась плотнее. Хотела просто спрятать лицо у него на груди в эту ненастную ночь. Напитаться поддержкой.
— Все хорошо, — я отступила и уверенно ответила на взгляд. — Просто немного расстроилась… Никто меня не обижал. Пойдем… Пойдем ко мне.
Я поднималась по ступенькам первой, стараясь идти потише из-за каблуков.
Кир тащился за мной — и хорошо, так моего лица не видно. Если он узнает, кто именно меня расстроил и чем, драки со львами не избежать. Боюсь, он прямо здесь начнет перекидываться от ярости — он невыдержанный.
А я не хотела, чтобы он дрался в одиночку.
Лучше поднимемся ко мне, выпьем чаю, как в старые времена.
Может быть ляжем вместе, я прижмусь к нему, позволю перебирать себе волосы… Нет, не стоит. Кир давно меня хочет. Мне нужны объятия, утешения, но не секс. Не нужно его дразнить и мучить.
Как только мы вошли, Кир через голову стянул майку и мокрой кучей бросил на пол. Расстегнул джинсы, кивнув:
— Я приму душ?
— Конечно, — сказала я, отводя взгляд от влажного торса и, особенно, от маленьких сосков с продетыми в них кольцами.
