— Я хочу быть с тобой с тех пор, как принес тебя в «Авалон». То, что произошло потом несправедливо. Оливия, я тебя люблю. Я убью Руслана, если хочешь. Он это заслужил.
У меня чуть не остановилось сердце. Они уже дрались: из-за меня, ребенка, споров за мое тело. Только мне это не нужно. Не хочу, чтобы схватка перешла в смертельный бой.
У Кира свой резон. Тигры не терпят друг друга, если не кровная родня. Тем более взрослые. Тем более, такие мощные, как они. Но они были вместе, держали город в страхе, пока не появилась я.
Это я провела черту между ними.
Если в этом городе наступит апокалипсис, его назовут «Оливия».
— Кир, не надо, — прошептала я. — Я его люблю.
— Может, ты определишься? — тихо спросил он и прикоснулся к груди. Там, под пальцами шрамы складывались в мое имя.
— Перестань, — я перехватила его запястье. — Вас всегда было двое, я не хочу выбирать. Я обоих вас люблю. Не могу разделить, понимаешь?
Будто они для меня что-то целое. Они и были такими раньше. Глядя, как мрачная тень промелькнула на лице Кира — эти времена давно в прошлом.
"
"— Одумайся, — прошептала я. — Не Руслан препятствие между нами!
— А что? — он перегнулся ко мне через стол. — Что если не он, почему мы не вместе? Почему я тебя не познал?
«У тебя были все шансы» — вот что хотелось мне сказать. Но я молчала.
Именно, что шансы. Я бы дала любому из них, но Руслан не позволил спать со своей женщиной. Я ощутила, что Кир, горячий и влажный после душа, сидит напротив в одном полотенце. А вдруг он подумает… Вдруг захочет сейчас? Раньше я была бы рада, я любила его, но больше не хотела близости: ни с кем из них.
— Не трогай его, — попросила я. — Ты не понимаешь…
Мои слова ничего не изменят: самцы сами решают такие конфликты, а женщины приветствуют победителя. Но если они окончательно рассорятся — им обоим конец, я-то знаю. Я начала ковырять ноги, нервничая. Привычка из моей отнюдь не буржуазной прошлой жизни.
— Зверь, если ты меня любил… Если хотел меня… Почему не приходил ко мне с тех пор, как я ушла из «Авалона»? Целый год я была одна… Почему вы оба меня бросили?
— Я приходил, — возразил он.
— Чаще, чем ты думаешь, Фасолька. Думаешь, я бы тебя оставил?
Указательный палец уткнулся в грудь, он начал водить им по шрамам, откровенно глядя в глаза. «Оливия», медленно выписал он. Взгляд был безумным.
— Ты думаешь, тебя можно забыть?
Глава 42
Я первой отвела взгляд. Испугалась безумия и одержимости в глазах Зверя.
— Я тебя не видела, — ответила я.
