Светлые волосы с золотыми перьями расплескались по плечам, челка лежала ровно, как у египетской богини. Вся маленькая, точеная, на узком лице — огромные синие глаза и губы пухлые. Такими бы губами, как говорил Зверь…
Ладно, что это я повторяю за ним гадости.
А она в его вкусе.
— Я тебя помню, — голос оказался нежным, с придыханием.
В прежние времена они бы точно ее поимели. А теперь даже не знаю — не до этого им.
Я подхватила стул, стоящий у зеркала, подтащила к дивану и уселась, заблокировав блондинке путь к бегству.
— Как тебя зовут?
— Алина.
Имя ей не подходило.
— Оливия… — по привычке сказала я и не стала продолжать.
Оливию из «Авалона» и так знают. И еще долго будут судачить.
— Если хочешь уйти свободной и невредимой, — я взглянула на ее живот, и она непроизвольно прикрыла ладошкой почти исчезнувший рубец, словно я примерялась зубами. — Ответь на мои вопросы, а я тебе помогу… По рукам?
— Смотря, что хочешь знать.
— Расскажи о том, как тебя привели к нам в первый раз.
Я непроизвольно сказала «к нам».
Автоматически вырвалось. Алина опустила глаза, полные губы задрожали — не хочет вспоминать.
— Зачем тебя привели, я знаю, — предупредила я. — Не понимаю, как заставили.
Она подняла беззащитные глаза и пожала плечами. Такая красивая… Зачем жертвовать такой красавицей ради рядовой встречи? Скармливать зверям?
— Меня обманули, — неожиданно взгляд стал твердым. — А еще я предала.
Красавица оказалась с душком, все ясно.
— Расскажи сначала, — попросила я.
— Я встречалась с опасным парнем, а когда решила уйти, меня не отпустили.
Взгляд скользнул в сторону, я заметила, что она пялится на пачку сигарет на трюмо.
— Закури, если хочешь, — предложила я.
Девушка красиво, томно встала — как настоящая кошка, взяла сигарету и прислонилась к трюмо, скрестив ноги. Я заметила, что она везде оставляет следы своей золотой пудры, словно фея из сказки. Только в сказках не бывает такого циничного выражения лица.
Алина опустила густые и длинные ресницы — судя по размеру, накладные, и неторопливо прикурила.
По гримерке пополз ароматизированный дым женских сигарет.
Мне впервые за долгое время не хотелось курить.
— Я сглупила, — она глотнула дыма, расстроенная до слез. Выражение лица, дрожащий голос — так сожалеют о страшных ошибках. — Решила рассказать кое-что про своего парня в полиции. А у него там «свой» купленный оказался.
Алина невесело усмехнулась. Сарказм сказал все — это была улыбка человека, обнаружившего, что мечты и реальность не одно и то же.
