Иллюзия правды. Король крестей

Пока она приходила в себя, пытаясь придумать, как сделать так, чтобы этот разговор не слушал кто-то третий, Шафранка, как назло, только и подставляла тарелку с печеньем, а Анхель, чтобы побесить Софию, ехидно улыбался и ел. Надо шокировать его. София разозлилась и, стиснув зубы, выпалила, наслаждаясь реакцией этих двух голубков:

– Я хочу устроиться на работу. В «Цеппелин». Ты же хозяин, можешь взять меня хоть уборщицей? Видишь, образование мне не понадобилось вовсе.

Теперь замер Ромаль. Печенье он так и не донес до рта, положил обратно на тарелку и обратился Шафранке:

– Спасибо, оно потрясающее.

Можешь оставить его на столе, я съем позже, а теперь оставь нас.

Тон его изменился. От усмешек не осталось и следа, и, как только Шафранка понуро вышла, тут же обернулся к Софии:

– Это доказательство того, что твое образование не имеет никакого значения для меня. Я сербка, дочь бывшего мэра Нови-Сада, готова работать на Ромаля Бахти, необразованного цыгана, который ворует и наживается за счет других обманным путем.

Я хочу работать в «Цеппелине» обычной официанткой. Хоть кем, лишь бы работать.

Анхель пристально смотрел на нее, слегка нахмурившись. В его взгляде читались злость и недоумение. Он плотно сжал челюсти. София сглотнула, но глаз не отвела. Они несколько секунд продолжали сверлить друг друга взглядом. Ромаль искал в ее глазах хоть каплю лжи, издевательства, она же смотрела на него с вожделением, наслаждаясь каждой черточкой его лица. Синяк стал почти незаметен, а ее пощечина не оставила отпечатка, черная прядь волос слегка вилась кольцом и касалась лба.

Черные брови были идеальной формы, а на одной виднелся шрам. Она любила этот шрам, готова была коснуться его губами, закрыть глаза, вдохнуть запах этого мужчины. Боги, что он делает с ней?

Его глаза… Она никогда не видела настолько ярких глаз с густыми черными ресницами. Хотелось нежно провести по ним подушечкой пальца, ощущая бархатистость. А нос… идеальный прямой мужской нос. И губы… Плотно сжаты, но она-то знает, какими нежными они на самом деле могут быть.

Она скучала по его поцелуям, хотя не любила целоваться. Вернее, она не любила это делать с Иво, но с Анхелем готова была умереть в поцелуе. Как может мужество воплощать в себе трепетную нежность?

– Я согласен, – произнесли эти губы, и София подняла на Анхеля взгляд. Она не ожидала, что он так быстро согласится. – Можешь приступать хоть сегодня, если тебе так не терпится работать официанткой.