Иллюзия правды. Король крестей

Анхель спустился и подошел к черному «Мустангу», схватившись за ручку двери.

– Забери с собой подругу. – Он сел в машину и дал задний ход, а София кинулась к окну своей бывшей комнаты, через которое когда-то хотела вылезти. Сейчас бы обратно!

Она постучала по стеклу, и тут же показалось лицо Йованы:

– Извините, что отвлекаю, но мне надо ехать, – София указала на свою машину и обернулась, наблюдая, как черный «Мустанг» выехал на дорогу. – Я опаздываю.

– Ой, – напряглась Йована и слегка нагнулась к уху подруги, – поезжай без меня.

Пожалуйста. – Но вслух громко произнесла: – Мне еще надо поменять ему повязку и обработать рану.

Йована усмехнулась и подмигнула Софии, та кивнула. Йована совсем сошла с ума.

София махнула рукой и направилась к машине. «Мустанг» отъехал, выпуская ее со двора.

– Ты забираешь свою подругу? – спросил Ромаль, выйдя из машины.

– Она не едет, у них медицинская процедура.

– Медицинская процедура, – тихо и задумчиво произнес Анхель, а потом обратился к Софии: – Садись в мою машину, ключи от своей оставь Йоване.

Я все равно еду в «Цеппелин», а то работники без меня не поверят, что ты пришла работать туда официанткой. Они еще не отошли от того, что ты там устроила.

Девушка замешкалась, не зная, как ей правильнее поступить. Как она могла оставить свою машину здесь? Наконец, крепче сжав брелок в руке, она направилась к своему красному «Фольксвагену». Открыла дверь и положила на сиденье ключи.

Сообщение Йоване можно отправить по дороге.

На губах заиграла улыбка, хорошо, что хозяин черного «Мустанга» ее не видит. Затем она сделала обычное выражение лица и направилась к Анхелю.

– Ну ладно, уговорил. – София деловито открыла дверь и залезла на переднее сиденье.

Анхель последовал за ней, сев за руль.

София снова оказалась в знакомой обстановке, рядом с тем, с кем хотела оказаться наедине больше всего на свете.

Машина выехала из цыганского поселка. Анхель был занят дорогой: приходилось уступать ее проезжающим машинам, а София рассматривала местность.

Оба молчали. Они проехали до боли знакомый ангар, и она перевела взгляд на водителя, но Анхель смотрел прямо перед собой. Он прекрасно знал, что это за место, но виду не подал, не изменился в лице. Может, мужчины не такие сентиментальные? Они не предаются грусти и воспоминаниям, когда видят важные для себя места. А может, уже и не столь важные.