Иллюзия Выбора

 — Но ты явно озабочена чем-то еще. И что же, позволь узнать, затмило ритуал?

Анна все-таки смутилась, заставив принца довольно рассмеяться.

— Ты находишь в этом особое удовольствие, так ведь? — проворчала принцесса, бросив на него хмурый взгляд. — Изводить меня.

— Изводить? Ну что ты, — широко улыбнулся Кассиан, наклоняясь к ней ближе, чтобы точно рядом никто не услышал его слов. — Я лишь соблазняю. Толкаю тебя ко греху. Развращаю. Погружаю в пучину волнительных ощущений. Ты ведь волнуешься сейчас? — шептал юноша почти ей на ушко, замечая, как сбилось ее дыхание, то ли от волнения, то ли от возмущения.

 — Мне нравится, как ты реагируешь на меня. Это дает мне надежду.

— Надежду на что? — смогла выдавить из себя девушка, осторожно посмотрев на принца, который отодвинулся, наконец, от нее, заставив всю столовую уже во второй раз гадать, какую же пошлость он сейчас сказал ей.

Кассиан весело улыбался, но его глаза сверкали далеко не от веселья — так сияла страсть, которую Анна стала замечать и понимать все чаще.

Так на нее сегодня ночью смотрел Хасин, когда отрывался от ее губ, тяжело дыша, утыкаясь в ее шею, чтобы успокоить и притормозить себя. Так смотрел на нее и сам принц прошлой ночью, когда нависал над ней на алтаре, лаская и обнажая ее тело. С жаждой, желанием. И это по-прежнему несколько пугало невинную девушку. Но вместе с тем волновало в том самом смысле, о котором говорил Кассиан сейчас.

— Надежду, что я смогу поколебать твою мораль и сорвать с тебя покровы стыдливости.

— Зачем же? — отвела взгляд Анна, дрожащими руками беря столовые приборы и возвращаясь к еде перед собой — аппетит пропал, но еда была поводом спрятаться от пронзительного взгляда принца.

— Это моя суть — толкать к пороку чистоту, — хмыкнул демон. — Я — демон. Порок — неотъемлемая часть нашей расы. Мы купаемся в нем, жаждем его.

— Пороки бывают разными.

— Верно, — снова наклонился к ней принц, чуть ухмыляясь, глядя ей в глаза. — И я окуну тебя в каждый из них.

Обещание было пронизано запретом и дикостью, было насквозь прозрачным и почти пугающим.

Но голос — обволакивающим, соблазняющим и обещающим лишь наслаждения.

Анна как зачарованная смотрела в синие глаза, которые медленно алели прямо перед ней от чувств, эмоций и желаний, что пробуждались в эту минуту в принце. На миг он прикрыл их веками, когда снова распахнул — они снова были синее неба.

— Хорошего дня, моя леди, — внезапно торопливо попрощался Кассиан и, не успела Анна даже опомниться — шагал к выходу из столовой.