И я возьму все! Потому что меня самого сейчас разорвет от желания. Но дразнить, играть и доводить до грани, не только ее, но и себя мне нравится больше. От этого секс, чувства острее. Не могу оторваться о ее груди, пробую на вкус ее сладко-соленую кожу, провожу носом между грудей, вдыхая цветочный аромат, пьянею от ее вкуса и запаха. Хватаю руками за талию, поднимаю на ноги, разворачивая к себе спиной.
— Встань на колени на кресло, руки на спинку, — она даже не думает, все послушно выполняет.
Вынимаю из кармана презерватив, хотя так хочется ощутить ее без преград. — Ты предохраняешься?
— Да, я на уколах, последний делала три недели назад, — задыхаясь, подробно отвечает она.
— Хорошо, — отшвыриваю презерватив в сторону. Снимаю брюки, наблюдая, как Виктория в нетерпении подается попкой ко мне, руками сжимает обивку кресла. Освобождаю себя от ненужной одежды, выпуская пульсирующий член наружу. Подхожу вплотную, прижимаюсь к ее спине, обхватываю руками грудь.
Почему?! Кто мне ответит?! Почему я испытываю такую жажду к этой женщине?! Тяну ее на себя, Виктория откидывает голову мне на плечо, ощущает, как мой возбужденный член упирается ей в бедра. Извивается, трется об меня словно кошка.
— Боже. Андрей. Пожалуйста. Мне так больно, — стонет она.
— Где больно? — запускаю руку в ее влажную киску. — Здесь больно? — нажимаю на пульсирующий клитор.
— Дааааа! — уже на грани кричит Виктория. Я и сам уже, вместе с ней, на этой награни.
— Ножки шире раздвинь, — хватаю Вику за бедра, тяну на себя. Упираясь головкой в горячие складочки, резко вхожу на всю длину.
— Аааа! — так громко, сладко стонет Виктория. Пара плавных движений, и я срываюсь на быстрый резкий темп. Я имел сотни девушек и женщин, но ещё ни одна из них не доводила меня до такого состояния."
"— Андрееей, — протяжно стонет она, когда я хватаю ее за волосы, наматывая их на руку, продолжая неистово и грубо ее трахать.
Чувствую, как она сильно сжимает член мышцами влагалища. Выхожу из нее полностью, смотрю вниз на блестящий от ее влаги член и зверею от этого вида и ее разочарованных стонов. Вся заведенная, спина покрыта бусинками пота, на грани оргазма, который я не даю ей ощутить. Твою мать! Еще никогда меня так не заводило такое, а видел я немало развратных картин в своей жизни. В этот момент она живая, настоящая, раскованная, такая, какой должна быть.
