Вчера ты не сопротивлялась, тебе нравилось, о чем мне говорили твои громкие стоны, — шепчет он, продолжая покрывать поцелуями мою шею, окутывая своим мужским, терпким ароматом."
"— Я не помню, что было вчера. Но вряд ли тебе понравилось. Так что, не стоит повторять, — отвечаю я, пытаясь взять себя в руки, и не дрожать, так явно в его руках. По телу волной проходит страх и возбуждение одновременно, чувства, от которых меня пронзает током.
— С чего ты взяла, что мне не понравилось?
— Ни с чего, просто отпусти, между нами больше ничего не будет! — со всей силы отталкиваюсь от стены, вынуждая Богатырева отступить назад.
Разворачиваюсь, тяжело дыша, облокачиваюсь на кафельную стену, и встречаюсь с пронзительно голодным, черным взглядом. Наверное, в такой взгляд можно влюбиться, и я даже понимаю выражение Алинки «иметь глазами», но все это не для меня. Да, Андрей явно просто со мной играет, чтобы добиться своих целей. Неужели на моем лице написано, что я настолько слаба и слабохарактерна, что можно вертеть мной и моими чувствами? Вдруг на меня опять находит горькое, противное разочарование, что я никому не нужна просто так, даже просто ради секса.
Неужели Эдуард прав, и я настолько никчемная.
— Расслабься, мы не спали. Поверь мне, если бы я тебя имел этой ночью, ты бы явно это запомнила, — самоуверенно говорит он, складывая руки на груди, опираясь на раковину.
— Почему тогда я проснулась в твоей рубашке и в твоей постели, — не понимаю я.
— Ты выпила лишнего, была сильно подавлена.
Плакала и говорила, что в последнее время ты слишком много пьешь, пытаясь утопить в алкоголе свою тоску и боль. А еще, ты сказала мне по секрету, что твоя подруга настаивала, чтобы ты со мной переспала, и поэтому она нас оставила. Я предложил тебе поехать ко мне, ты согласилась. По дороге я предложил помочь тебе уничтожить твоего мужа, ты сказала, что подумаешь и просила предложить тебе это утром, когда ты сможешь здраво мыслить. Дома тебя совсем развезло, я уложил тебя на кровать уже полуспящую, дал тебе футболку переодеться.
Но ты смело заявила, что хочешь спать в моей рубашке, твой муж никогда тебе этого не позволял, потому что он эстетичный мудак. В общем, вчера ты была более раскована и настоящая, и нравилась мне больше.
— Ясно, — отвечаю я, глубоко вдыхая. — Спасибо, что поддержал меня, но мне действительно пора домой.
— Чем он тебе угрожает!? — настойчиво громко спрашивает Андрей.
— Ничем.
— Не ври. Я действительно могу тебе помочь.
