Ее насыщенно карамельные волосы собраны в простой хвост, на ней надето простое серое трикотажное платье с длинными рукавами, но оно облегает ее тело, повторяя каждый изгиб. Она не худощава и не имеет пышных форм, кажется, что ее фигура идеальна. Взглядом трогаю ее красивые ноги в плотных черных колготках, округлые бедра, ровную спину, изящную шею, и красивые волосы. Хочется содрать с ее волос резинку и зарыться в них пальцами, дернуть на себя, чтобы голову мне на плечо откинула и прильнула ко мне. Пора воплотить свои фантазии.
Тихо, незаметно подхожу к Виктории, встаю за ее спиной, чувствуя, как она тут же напрягается, и мне нравится ее реакция. Я ещё не касаюсь ее, но нахожусь настолько близко, что слышу, как учащается ее дыхание. Молчу, смотрю на большой мегаполис с высоты птичьего полета вместе с ней, находясь в предчувствии чего-то нового и масштабного. Потом, гораздо позже, спустя время, я пойму, что с этого дня начнется новый, бесконечный отсчет в моей жизни. А сейчас я просто предвкушаю новую интересную игру.
Поднимаю руку, медленно снимаю резинку с ее волос, наблюдая, как красивые локоны ложатся на ее плечи. Накрываю рукой ее талию, тяну на себя, вжимая спиной в грудь, сжимаю пальцы на ее талии, чувствуя ее дрожь. Боится меня, и мне это чертовски нравится — никогда не позволяю женщине расслабиться рядом с собой, постоянно держу в напряжении, чтобы ни у одной особы не возникло желания залезть мне в душу. Провожу носом по ее мягким волосам, вдыхая насыщенный цветочный запах, который хочeтся впитывать себя.
Понимает ли она, насколько неповторима и уникальна? Нет, не понимает, ее муженек-шакал так и не раскрыл в ней ее истинную женственность. И я даже благодарен ему за то, что он оставил это мне. Пьянею от ее близости и запаха, хочется выпить ее до дна, чтобы утолить свою жажду и узнать, какая она на вкус. Но тогда я не узнаю всю ее сущность и на что она способна, поэтому мне следует держать себя в руках и пробовать ее маленькими порциями, до тех пор, пока она сама не станет умолять взять ее.
С этого дня, я — ее мир, до тех пор, пока я не решу ее отпустить. Это привычный стиль почти всех моих отношений, и Виктория, какой бы загадочной и непонятной мне не казалась, не станет для меня исключением.
Медленно собираю ее волосы в кулак, дергаю, вынуждая откинуть голову мне на плечо и посмотреть в глаза, сам теряюсь на секунду от ее растерянного и заплаканного взгляда."
"— Почему ты плакала, что-то случилось? — спрашиваю я, но так и не отпускаю.
