Иллюзия жизни

Под натужный гул мотора Максим мучительно пытался сообразить, почему не выстрелил «Зауер»?… При въезде в райцентр, чтобы не нарваться на полосатый жезл гаишника за превышение скорости, Валентин сбросил газ. В этот момент Ширинкин наконец вспомнил, что в горячке забыл взвести курок пистолета. Оттого, что по собственной оплошности не стал убийцей, почувствовал успокоение. Всю вину теперь можно было свалить на Сапунцова. Говорить не хотелось. Одышка становилась невыносимой. В надежде «подлечиться», Максим сунул руку в багажный ящик, где лежала початая бутылка «Русского стандарта».

Не отрывая взгляда от дороги, Сапунцов грозно рыкнул:

– Не трогай бутылку!

– Валян, дай пару глотков дернуть, – взмолился Ширинкин. – Иначе подохну, как собака.

– Потерпи, алконавт. Отъедем дальше, тогда вместе обмоем удачу.

Грозовой ливень прекратился, как только миновали райцентр и выехали на асфальтированную дорогу, ведущую в Новосибирск. На очистившемся от темно-лиловых облаков небе появилось майское солнце, и засияла разноцветьем большая радуга.

Место, где Сапунцов свернул с дороги на проселок, Ширинкин не запомнил. В памяти остались лишь первый стакан водки, после которого стало легче дышать, жадные затяжки дымом подмокших сигарет «Мальборо», начало конфликта с Сапунцовым и его трагическая развязка.

– Валян, когда поделим баксы? – спросил Максим.

Сапунцов ответил вопросом:

– Сколько ты надеешься получить?

– Как договаривались, половину.

– Тебе дурно от такой доли не станет?

– Чо-о-о?…

– За какой подвиг хочешь разбогатеть? За то, что моргалы пялил? Почему не стрелял, как я учил?

– Курок забыл взвести.

– Козел! А еще на доллары рассчитываешь.

От внезапной вспышки гнева у Ширинкина потемнело в глазах.

– Валян, за «козла» ответишь, – угрожающе процедил он сквозь зубы. – Кинуть на пустышку меня хочешь?

– Ты сам себя кинул. Дай сюда пистолет!

– Он в бардачке джипа, – мгновенно соврал Максим.

Сапунцов, хрустнув попавшим под ногу пластмассовым стаканом, направился к машине.

Не успел он сделать и трех шагов, Ширинкин выхватил из кармана «Зауер», бесшумно взвел курок и выстрелил в широкую спину, под левую лопатку. Валентин, пытаясь оглянуться, медленно стал поворачивать голову, но тотчас, как тяжелый мешок, рухнул на бок. Максим подскочил к лежачему. Пуля второго выстрела вонзилась между правим ухом и виском. Не соображая, что делать дальше, Ширинкин долго смотрел на труп бессмысленным взглядом.