Илон Маск

"На мгновение я подумал, что они могут меня ограбить", - признается Грасиас. Уоткинс, обладающий драматическим талантом, распахнул заднюю дверь. Свет был погашен, царила кромешная тьма, но доносились звуки работы высокоскоростных штамповочных машин. Когда Уоткинс включил свет, Грасиас понял, что они жужжат сами по себе, а рабочих на территории нет.

Согласно швейцарским нормам, рабочие могли находиться на рабочем месте не более шестнадцати часов в сутки. Поэтому Уоткинс ввел график работы в две восьмичасовые смены, разделенные четырехчасовыми периодами, когда машины работали самостоятельно.

Он разработал формулу, по которой можно было предсказать, когда на каждом участке технологического процесса потребуется вмешательство человека. "Мы могли получать двадцать четыре часа продукции за шестнадцать часов труда каждый день", - говорит он. Грасиас сделал Уоткинса партнером своей фирмы, и они стали родственными душами, даже жили вместе, поскольку у них было общее видение того, как можно внедриться в производственные компании и сделать их более эффективными. Именно это они и сделали для Маска и компании Tesla в 2007 году.

В первую очередь необходимо было решить проблему, связанную с британским поставщиком углепластиковых панелей, крыльев и дверей. После визита Маска в эту компанию у него произошел жаркий обмен мнениями с ее менеджерами. Через несколько месяцев они позвонили и сказали, что отказываются от сотрудничества. Они не могут удовлетворить его требования и расторгают контракт.

Как только Маск получил новости, он позвонил Уоткинсу в Чикаго.

"Я сажусь в свой самолет. Я заберу тебя в Чикаго, и мы поедем разбираться с этим", - сказал он. В Англии они упаковали часть оборудования в самолет и отправили его во Францию, где другая компания, Sotira Composites, согласилась взяться за работу. Маск опасался, что рабочие во Франции не так преданы своему делу, как он сам, поэтому он обратился к ним с ободряющей речью. "Пожалуйста, не бастуйте и не уходите в отпуск прямо сейчас, иначе Tesla погибнет", - попросил он. После ужина в одном из замков долины Луары он оставил Уоткинса, чтобы тот научил французов работать с углеродным волокном и сделать их производственные линии эффективными.

Проблема с кузовными панелями заставила Маска задуматься о других элементах цепочки поставок, и он попросил Уоткинса разобраться со всей системой. То, что он обнаружил, было настоящим кошмаром. Процесс начался в Японии, где производились ячейки для литий-ионных батарей.