Илон Маск

Как раз в тот момент, когда Таибби был готов опубликовать свой первый репортаж, 2 декабря Маск совершил быструю поездку в Новый Орлеан на секретную встречу с президентом Франции Эммануэлем Макроном, чтобы обсудить, по иронии судьбы, необходимость соблюдения компанией Twitter европейских правил, касающихся высказываний, разжигающих ненависть. Когда в последнюю минуту возникли юридические проблемы, связанные с тем, что планировал опубликовать Таибби, публикацию пришлось отложить до тех пор, пока Маск не закончит встречу с Макроном и не сможет дать отпор юристам.

Первоначальный твит Таибби, состоящий из тридцати семи сообщений, показывает, как в Twitter были созданы специальные системы, позволяющие политикам, ФБР и спецслужбам вносить свой вклад в определение того, какие твиты следует рассматривать на предмет удаления. Особенно примечательно то, что Таибби включил сообщения 2020 года, когда Йоэль Рот и другие сотрудники Twitter обсуждали, стоит ли блокировать ссылки на статью New York Post о том, что якобы (как оказалось, правильно) ноутбук был брошен сыном Джо Байдена Хантером.

В сообщениях видно, что многие из них пытаются найти обоснование для запрета упоминания этой статьи, например, утверждая, что она нарушает правила использования взломанных материалов или может быть частью российского дезинформационного сюжета. Это были хлипкие прикрытия для цензуры, и впоследствии и Рот, и Джек Дорси признали, что это было ошибкой.

Эти и последующие разоблачения Таибби были освещены некоторыми крупными СМИ, такими как Fox News, но большая часть традиционных СМИ назвала это, как выразился один из хэштегов в Twitter, "#nothingburger".

Джо Байден не был государственным служащим в то время, когда появилась история с ноутбуком, поэтому запросы не свидетельствуют ни о прямой цензуре со стороны правительства, ни о грубом нарушении Первой поправки. Многие из запросов, сделанных командой Байдена по установленным каналам Twitter, были вполне объяснимы, например, удаление сообщения, сделанного Джеймсом Вудсом, бывшим актером, о непристойном селфи, которое находилось на ноутбуке Хантера Байдена. "Нет, у вас нет конституционного права размещать в Twitter фотографию члена Хантера Байдена", - гласил заголовок в газете The Bulwark.

Однако в материалах Таибби обнаружилась и более существенная находка: Twitter фактически стал сотрудничать с ФБР и другими государственными структурами, давая им возможность отмечать большие объемы контента для последующего удаления.