Имя шторма

Почему мне постоянно кажется, что он хочет мне что-то сказать?

– Так кто вернул меня? – прошелестел Владыка. – Не бойся. Твое тело займет достойнейший разум!

Чужаки из Дассквила молчали. Хотя, конечно, каждый из них знал, кто именно порезался о ржавый меч. Но ильхи даже не смотрели в мою сторону. В диком кодексе чести земли озёр и скал было позволено сражаться и убивать, но не позволено выдавать нечисти живых людей. И те, кто еще недавно был готов покромсать меня на куски, сейчас заслоняли плечами.

Странные, необъяснимые законы фьердов, с их удивительной красотой и беспощадной жестокостью…

– Я, – вперед выступил Шторм.

 – Тебя призвал я.

Проклятый риар смазанной тенью скользнул над полом, завис, всматриваясь в прищуренные глаза ильха.

– Сильный дух… Израненное тело. Сложный разум. И лживый язык! На мой Зов пришла не твоя кровь. Прочь!

Владыка махнул рукой, и над полом взлетела туча каменных обломков. Острых, как ножи, или тяжелых, как могильная плита! Да стоит Владыке лишь махнуть рукой, и все мы окажемся под смертельным камнепадом!

Я отпихнула прикрывающего меня Эйтри.

– Это я. Это была я! Оставь их, слышишь! Отпусти людей.

Владыка вмиг оказался передо мной. Я затаила дыхание, ощутив смрад гниющего тела.

– Это была я, – повторила, глядя в глаза Проклятого риара. – На твой Зов пришла я, Харгор.

– Дева? – с изумлением выдохнул Владыка. Смоляные с проседью брови сошлись на переносице.

Он покачался, раздумывая, потом сунулся ближе, втянул воздух.

– Я ждал сильного ильха. Я и подумать не мог, что придет дева… Но, думаю, выбора у меня нет.

Ах… Я чую здесь следы вёльды. Мой нос сквозь века ощущает запах ее тлеющих трав. Ну что же. Пусть так.

Холодные пальцы обхватили мое запястье.

Я услышала, как кричит Шторм. Как зовет меня по имени.

Черный поток подхватил меня и потащил над полом. Один миг, и мы оба – я и Владыка Скорби – окунулись в черную кровь не-мертвого Вёльхона. Нас затянула воронка, и густая темнота накрыла с головой.

Эйтри сбил Шторма, не позволяя кинуться следом за девой в затянувшуюся коркой черноту.

Ирган навалился следом, а еще почему-то Одлис. Шторм рычал, отшвыривая их руки и тела, которые пытались его удержать.

Почти забытое имя не вызывало в душе отклика.

– Да послушай же! Ты погибнешь! Просто погибнешь там! Захлебнешься, и все!

– Озеро затянулось! Смотрите! Крови больше нет, лишь черный камень!

Сквозь удерживающие его руки Шторм глянул, как Ирган осторожно трогает застывшую, словно лава, поверхность.