А люди лгут, как дышат, вы же…
Хоук не пошевелился, но пальцы Аркена выгнулись, ломаясь легко, будто тонкие веточки. На этот раз он не сдержал тихого вскрика, больше похожего на вой. Он надсадно задышал, раздувая ноздри и обливаясь потом. Но всё же сумел вернуть лицу выражение если не спокойствия, то бесстрашия.
– Ты признаёшь свою вину? – медленно повторил Хоук бесцветным голосом.
– Если… Его Высочество того желает, – прохрипел Аркен.
– Смеешь мне дерзить? – спросил Хоук, и уже вторая рука Аркена взметнулась вверх, готовая переломиться, повинуясь воле Короля.
В глазах Аркена промелькнул страх.
– Прошу простить мою дерзость, Ваше Величество. Я целиком и полностью признаю свою вину. Без злого умысла, но я всё же ранил вашу Тень. По глупости я не учёл, что люди не такие быстрые и ловкие, как фейри. Я, как наставник, должен был предусмотреть, что ваша Тень не сумеет увернуться от атаки и может погибнуть в результате моей преступной оплошности. Я допустил ошибку и искренне раскаиваюсь, Ваше Величество.
Лирана и Олмун переглянулись и посмотрели на меня.
В глазах Лираны читалось недовольство, в глазах Олмуна – снисходительная жалость. Я стиснула зубы. Аркен ублюдок. Даже будучи по рукам и ногам связанным силой Хоука, умудряется использовать ситуацию против него.
– С этого дня не смей даже пальцем прикасаться к моей Тени, – сказал Хоук, будто бы не заметил намёков в словах Аркена. – И тренировать её ты больше не будешь, я сам этим займусь. Понял?
– Да, Ваше Величество. – Аркен склонил голову, насколько позволяли невидимые путы.
– А теперь перейдём к наказанию. – Хоук обернулся, и я не узнала его. Лицо превратилось в каменную маску: верхняя губа вздёрнута, клыки стали крупнее и длиннее, глаза – непроницаемо чёрными, черты лица исказились, придавая Хоуку сходство с волком. – Какой рукой он ранил тебя?
Его тон мне не нравился, и я покачала головой, невольно делая шаг назад. Его ярость не была направлена на меня, но у меня тряслись поджилки от одного взгляда на Хоука. Проклятые фейри.
– Ваше Величество…
– Какой рукой он тебя ранил? – с нажимом повторил Хоук.
Вместо ответа я покосилась на сломанную руку. Жалости я к Аркену не испытывала, но участвовать в его муках не хотела. Я легко отнимала жизни, но не любила причинять страданий.
Хоук кивнул, не отрывая от меня взгляд, и с жутким, влажным звуком невидимая сила разом вырвала все когти из пальцев Аркена. Кровь брызнула на мрамор. Аркен завопил. Вырванные когти заскакали по полу будто рассыпанные бусины.
