В отличие от прошлого раза, она была со мной все восемьдесят дней. И иногда я едва сдерживался, чтобы не нажать на неё. Наличие возможности сбежать, потеряв всего лишь сорок тысяч кредитов, оказалась не менее тяжёлым испытанием, чем сами тренировки Балтамора.
Открыв глаза в своём номере, я медленно перевернулся, разминая затёкшие мышцы, и шумно выдохнул. У меня во рту словно кошка нагадила, а на душе было ещё хуже. Я успел отвыкнуть от множества смертей и постоянной боли.
— Пожалуй, самое время поступить, как настоящий русский человек, — усмехнулся я, прошипев в пустоту.
— Тем более вечер, самое время.
Сходив в туалет и переодевшись в клубную одежду, я покинул номер, попутно вызывая такси до ближайшего круглосуточного паба с хорошими отзывами. Мне нестерпимо хотелось сменить атмосферу и как следует выпить после восьмидесяти дней смертей, страданий и кровищи. И я не видел ни одной причины, по которой не должен этого делать.
Глава 23
Я сел на заднее сиденье мощного японского джипа и сразу активировал звукопоглощающий барьер между мной и водителем, опция доступная в тарифах «бизнес-плюс» и выше.
Он, кажется, обиделся, по крайней мере, вид был надутый, но мне сейчас не до чужих чувств. Со своими бы разобраться.
В кармане завибрировал телефон. Увидев имя звонящего, я приподнял бровь и вставил наушник в ухо.
— Хочешь поговорить? — участливым тоном спросил у меня Андрей. — Я тут прочитал несколько сотен пособий и учебников по человеческой психологии. С вероятностью в девяносто семь процентов ты испытываешь сильный стресс.
Покуда серверная не готова, я предпочитал возить планшет с ИИ с собой. Оставлять его в номере или банковской ячейке слишком рискованно, я смогу защитить его лучше.
В будущем же можно не переживать. Находиться в охраняемом здании под защитой видного хабаровского дворянина совсем другое дело, нежели у меня в сумке. По моей просьбе консьерж в отеле купил мне отличную наплечную как раз под размеры планшета, идеально поместившуюся под куртку.
— Чтобы заметить это, не нужно быть психологом.
— Я задумчиво рассматривал проносящиеся в окне огни ночного города. — Тебе есть что рассказать?
— Мои успехи в изучении человечества спорны. Все материалы предлагают совершенно разнонаправленные и часто взаимоисключающие стратегии, — с готовностью пожаловался мне ИИ. — Как мне поступить?
— Мы вообще очень спорные существа.
Я слегка улыбнулся, вспомнив что-то кроме постоянной боли. Мы остановились на перекрёстке и пропускали пешеходов.
