– Пока я не удостоверюсь, что мамочка жива, ничего делать не стану!
Из трубки послышался шорох, потом донеслись непонятные звуки и раздался голос Нины Олеговны:
– Сонечка, сделай, как он просит! Не спорь! Отдай ему украшения, жизнь дороже!
– Мамочка, – чуть не заплакала Соня, – где ты?
Но из трубки уже звучал хриплый бас похитителя:
– У тебя мало времени. Судьба матери в твоих руках, не соверши ошибку!
Соня поспешила в номер к Нине, увидела скомканную кровать и только тогда поняла – происходящее не дурной сон.
Дочь открыла сейф, достала оттуда длинную бархатную коробку и сразу вернулась в свою спальню. Примерно через пятнадцать минут раздался звонок, и похититель скомандовал:
– Иди в Ларюхино, остановись на выходе из леса.
Софья в точности выполнила приказ, дождалась следующего вызова, услышала объяснение, куда следовать далее, и приказ:
– Выйдешь на лужайку и оставишь драгоценности на пне. Торопись. Не успеешь ровно к пяти, Нина умрет.
Соня глянула на часы и похолодела: до назначенного срока оставалось меньше двух минут.
Если учесть, что молодая женщина не знала в подробностях дорогу и ориентировалась только по данным один раз указаниям, и вспомнить, что было раннее утро, то станет понятно, почему она прибежала к назначенному месту в десять минут шестого.
Заметив инвалидную коляску, Соня бросилась к ней, увидела мать, лежащую на земле в странной позе, зачем-то откатила кресло в сторону, бросилась к Нине Олеговне...
Софья замолчала и стала раскачиваться из стороны в сторону, монотонно твердя:
– Ужасно.
Ужасно. Ужасно.
– Однако вы не потеряли самообладания и тщательно протерли все, за что хватались, уничтожая отпечатки пальцев, – жестко перебила я Соню, – а потом убежали, оставив тело матери на лужайке.
– Я была напугана, морально раздавлена, – слабым голосом попыталась оправдаться Соня, – винила себя в смерти мамы, не успела спасти ее, заплутала в лесу!
– Однако, убегая в страхе прочь, вы прихватили с собой коробку с украшениями, – язвительно добавила я.
Соня разрыдалась, Лида, до сего момента метавшаяся по моему номеру, словно запертая в клетке гиена, бросилась к сестре, обняла ее и зашептала:
– Ну-ну! Мы самые лучшие! Мы – эталон! Мы – супер!
Соня перестала плакать, Лида, продолжая нежно гладить сестру, сказала:
– У нее никогда не было пистолета. Соня не умеет стрелять, она даже не понимает, с какого конца его заряжать надо.
