Тот не был исключением, но спрашивать у Кати, как ее зовут, ему, видимо, показалось пошлым, поэтому он поинтересовался:
– Вы, простите, на этом самолете во Францию летите?
Можете представить себе более нелепый вопрос во время беспосадочного перелета Москва – Париж?
Катя оторвалась от журнала и вежливо ответила:
– Именно туда. А вы, наверное, в Нью-Йорк...
– Деда, дохлая голова глазьями не шевелит, – дернула старика девочка. – Интересно, у нее ноги есть?
Я откашлялась и подала голос.
– Кто вы и что здесь делаете?
– Ленку ищем, – ответил пенсионер.
– Козу, – уточнила девочка, – она удрапала!
– Немедленно уходите, – велела я, – вы зашли на частную территорию, это лечебница.
– Ох, простите, мы не хотели, – начал извиняться дедуля, – думали, заборчик ничейный, вот и пролезли.
– Тетя, а что вы делаете? – перебила его внучка.
– Купаюсь, – ответила я.
– А чего не в речке? – не успокаивалась малышка. – В грязи сидеть нельзя.
– Это полезная грязь, – объяснила я, – она болезни лечит.
– Скажите, пожалуйста, – покачал головой дед, – и артрит уберет?
Вам понравилось бы вести беседу с абсолютно незнакомым мужчиной, сидя голой в ванне? Хорошо хоть целебная жижа непрозрачная, но я все равно чувствовала себя некомфортно, поэтому коротко ответила:
– Да.
– Деда, пошли, – заныла внучка, – есть хочу.
– Погоди, – отмахнулся старик и снова обратился ко мне: – Суставы замучили, на смену погоды их крутит, сил нету терпеть.
Я к врачу ходил, таблетки пил, уколы делал, кремом мазал – ничего не помогает. А правда, что в этой санатории наше правительство от болезней спасается, депутаты всякие, актеры, а?
– Не знаю, – ответила я.
– Значит, правда, – обрадовался старик, – и сколько стоит в луже посидеть? Небось простому рабочему человеку это не по карману.
– Я не в курсе ценовой политики лечебницы, пожалуйста, уходите, – теряя терпение, попросила я.
– Слышь, дочка, – вкрадчиво попросил дедок, – а можно я рядом с тобой пристроюсь? С самого краешка? Пожалей пенсионера, я ветеран войны, с медалями.
– Не ври, деда, – топнула ногой девочка, – тебе только семьдесят.
– Молчи, Аня, – обозлился старик, – лезешь, куда не спрашивают!
– Вы с ума сошли? – обмерла я.
– Меня артрит с ног сбивает, правительство знает, куда лечиться ездить, и денег у них навалом, а мне куда деваться? – запричитал дедок.
