Не получится ли так, что об англо-французском «Сердечном Согласии»[25] можно будет забыть не на несколько лет, а уже навечно, ибо французы, напуганные грохотом прусских военных барабанов за Рейном, сделаются послушными любому повелительному окрику из Петербурга.
К тому же новый премьер не знал, какую политику теперь должна проводить сама Великобритания. Его предшественник, уходя в отставку под депутатское топанье ногами и крики «Позор!» и «Долой!», оставил на своем месте большую кучу дерьма, разгребать которую теперь придется ему, Генри Кэмпбеллу-Баннерману.
Виданное ли дело – отставленный премьер (как это обычно бывает) даже не стал лидером оппозиции, а под газетные вопли о расследовании и расправе покинув пост, вылетел из общественной жизни и политики отсиживаться в своем загородном имении. А все из-за того, что русские недолго думая вывалили перед газетчиками (в первую очередь германскими) все грязные подробности историй с подготовкой покушения на царя Николая и попыткой нападения британского флота на острова Эллиотов.
Живой британский адмирал, попавший в плен во время разбойного налета и теперь направо и налево дающий то показания следствию, то интервью журналистам – это вам не хухры-мухры. Бывший первый лорд адмиралтейства после такой истории уже застрелился, а его преемником выбрали человека, не имевшего к той истории никакого отношения. Аналогичное бурление говен происходило сейчас и в Форин Офисе, ибо инициатива об устранении русского самодержца исходила именно оттуда.
Там, правда, пока никто не застрелился, но король Эдуард при назначении нового премьера уже выразил свое неудовольствие качеством британской дипломатии, не говоря уже о том, что покушение на любого из монархов, даже турецкого султана, это так плохо, что об этом нельзя даже думать. А ну как русским в качестве ответной любезности придет в голову поощрить ирландских фениев взорвать уже его, британского короля? Жизнь любого монарха священна и неприкосновенна, а иначе в мире наступит такой разгул терроризма, что хоть святых выноси.
"
"В любом случае анонима Джона Доу при обнаружении ожидала хорошо намыленная веревка, а Кит Петти-Фицморис маркиз Лэнсдаун в качестве британского министра иностранных дел доживал последние дни, несмотря на то, что некогда тоже принадлежал к либеральной фракции. Поэтому теперь новому премьер-министру в первую очередь требовалось решить, кого следует назначить на ставшее вакантным место.
