Имперец. Живыми не брать!

— …Противостояние достигло своего пика! — возбужденный Жан так и скакал перед телекамерой. — Сотрудники вспомогательного корпуса оттеснены к стене сарая и лишены возможности свободного передвижения. Их штатное оружие при них, но никто и не пробует пускать его в ход — силы слишком неравные!

Камера показала танк, мрачно уставившийся здоровенным орудийным стволом куда-то в сторону «помогальников».

— Надо сказать, что террористы, чутко уловившие изменения в обстановке, предприняли попытку к бегству! Двое задержанных сотрудниками корпуса подозреваемых, воспользовавшись замешательством охраны, ранили одного из охранников и завладели его оружием.

При попытке бегства они оба были застрелены…

Ничком лежащий человек в темной рубашке. На спине видны следы от пуль — почти десяток. Одна или несколько пуль попали убегавшему в затылок — там сплошное месиво. Второй лежит на спине — этому угодили в голову, половины — как не было.

— На улицу выводят очередного преступника!

Щуплый мужичонка в порванной одежде.

Правая рука висит плетью.

— Командующий операцией — генерал Городнянский!

Некогда красивый костюм генерала сейчас был запылен, рукав пиджака порван.

— Господин генерал! Что вы можете сказать по поводу происшествия?

Министр выключил звук.

Подкатившие к зданию аэропорта автомашины остановились слева от него. Хлопнула дверь, и Городнянский выбрался на улицу. Расторопный помощник уже успел поработать над внешним обликом генерала, быстро организовав ему замену костюма.

И теперь по его виду уже нельзя было сказать, что генерал только что перестреливался с террористами. Подтянутый и благообразный, он, казалось, излучал уверенность и спокойствие.

Из подъехавшей следом за колонной автомашины выбрался полноватый, страдавший одышкой господин в дорогом костюме. Не обращая внимания на всех прочих людей, он заторопился к генералу:

— А, Виктор Леонидович! Заждался я вас…

— Так, — развел руками прибывший, — сами же все знаете…

— Ну да, ну да… Ладно, давайте к делу.

Времени у нас с вами в обрез, соображать надо быстро.

— Значит, так. Вы меня поправите, если я что-то не так излагать стану, добро?

— Операцию мы планировали совместно с вами, при самом активном участии полковника Хованского. Сами понимаете, что все пришлось делать быстро и максимально скрытно. Ведь никто из нас не знает до сих пор, все ли террористы нами обезврежены, так?

— Отлично.